Книга Зелёная пантера, страница 141 – Тория Кардело

Слова заклинания эхом разнеслись по залу.

Щупальца потрескивающей зелёной энергии потянулись из кончиков пальцев Джастина. Тёплые, но неосязаемые. По очереди они окутывали кинжалы и словно соединяли их светящимися верёвками с самим волшебством лорда Маунверта. Вот они уже одно целое. Запах сырого камня и железный привкус на языке навеяли мысль, что он и сам становится сталью.

— Дора́нтео Малко́рис Ваэ́лф, – прошептал он, чувствуя, как голос начинает дрожать от высвобождаемой силы.

Заклятия раскатами грома заставили дрожать стены замка. Зелёная энергия пульсировала и кружилась, сливалась в витые узоры. Они оживали и извивались, словно змеи. Символ пантеры на кинжалах и рукаве мантии впивался в Джастина своим пронизывающим взглядом. Точно таким же, как у его личной зелёной пантеры, которая не так давно стала гораздо большим творением, чем простой магический знак…

Джастин задержал дыхание, его грудь сжалась, когда семейная магия прошла через него, воспламеняя кровь. Достижения прошлых поколений переплелись с его собственной сущностью в полотно амбиций.

С последним слогом заклинания вокруг кинжалов зелёная энергия резко вспыхнула и исчезла. Мантия, окончательно превращённая в сосуд для грозной мощи, водопадом стекала с алтаря. На ней мерцали драгоценные камни и зелёные пантеры.

— Альтецио! – Одеяние соскользнуло с алтаря и опустилось на плечи лорда Маунверта, будто вторая кожа змеи, а плащ, который он носил ранее, рассыпался пеплом.

Маунверт резко отвернулся от эрлингов и Дианы, выпрямился и громогласным голосом обратился к духам предков, положив обе руки на алтарь:

— О, великие духи Маунвертов! Я клянусь! Я заставлю трепетать весь мир от вашей неописуемой власти, что дрожащим ропотом пройдёт по каждому уголку! – Последние слова он почти выкрикнул, словно безумец.

Затем обернулся к Диане.

— О, вы великолепны, лорд Маунверт!

Джастин расслышал иронию, которая читалась в её улыбке. Однако, ослеплённый величием семейного ритуала, не придал значения.

Эрлинги, явно ошеломлённые даже больше, чем при виде оползня, обменялись между собой взглядами. Затем снова поклонились, признавая мощь совместного творения Сцеберга и Маунвертов.

— Народ эрлингов с вами, милорд. – Рагнар приложил кулак к груди.

Как он изменился за эти два года! Из скептика, жаждущего убить меня, стал покорным слугой.

Джастин взял череп отца в ладони и сжал его так, что кость слегка хрустнула; посмотрел в пустые глазницы. Говард не ответил, но, наверное, одобрил случившееся. И гордился сыном.

— Но это ещё не всё, лорд Маунверт, – добавила Диана, отходя от саркофага.

Она приблизилась к Джастину и коснулась его руки. Он ощутил её кожу, мягкую и шелковистую. Поймал холодный взгляд зелёных глаз.

— По дороге я видела, как целая армия собирается у подступов к замку и начинает свой первый Парад Тьмы.

От её слов Маунверт вздрогнул в нетерпении.

Неужели теперь они готовы двинуться на Туманный полуостров?

Без лишних слов он закутался в мантию и выскочил из святилища. Поспешил к ближайшему балкону, откуда открывался вид на территорию замка. От каждого шага в новой мантии холодные древние камни содрогались под ногами, а коридоры сами собой разворачивались, открывая хозяину путь вперёд. Только вперёд.

Он резко толкнул тяжёлые металлические двери балкона, вдохнул не по-летнему холодный воздух. Запах горечи и разложения, доносящийся от существ, ударил в ноздри.