Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 354 – Дэниел Абрахам

Маати выложил правду, но не всю. Когда Баараф доставил письмо от Семая, Ота, Маати, Киян и Амиит посовещались и решили, что об интересе гальтов к хайской библиотеке Радаани можно не рассказывать. К их истории этот эпизод ничего не прибавит, но в будущем может очень пригодиться. Наблюдая за реакцией Радаани, Маати понял, что они поступили правильно.

Далее он вкратце объяснил, чего ждет от Радаани: в какой именно момент следует выступить с предложением распустить Совет, какой будет наилучшая подача этого предложения и какая им потребуется поддержка.

Радаани слушал, точно кот, наблюдающий за расхаживающим перед ним голубем, а когда Маати закончил, ослабил на животе пояс и сказал:

— Красивая история, публика такие любит. Однако, чтобы убедить утхайем в том, что подол халата вашего приятеля не перепачкан в крови, нужно нечто большее. Мы без колебаний возведем на престол хая человека, переступившего через труп своего брата. Но отцеубийца – это другое дело.

— Это не просто красивая история, – сказал Маати. – У меня есть человек, который участвовал в той охоте и видел, как погиб Данат; он готов поклясться, что никакой засады не было. У меня есть командир наемников, освободивших Оту из башни, и он готов сказать, кто его нанял и для чего. И еще у меня есть Семай Тян и Размягченный Камень. Если желаете с ними поговорить, они в соседней комнате.

— Неужели?

Радаани подался вперед, и стул затрещал под его тяжестью.

— И коли уж на то пошло, я готов предоставить список Домов и семейств, которые поддерживали Ваунеги. А возникнут вопросы насчет их связи с гальтами – достаточно поднять договоры и посмотреть, на каких условиях они заключены. Впрочем, полагаю, многие предпочтут обойтись без этого.

Радаани снова засмеялся, а потом с многозначительным видом потер указательные пальцы о большие.

— Вижу, с нашей последней встречи вы времени даром не теряли.

— Когда знаешь правду, подтверждения найти нетрудно. Желаете поговорить со свидетелями? Можете задать им любые вопросы. Они подтвердят все мои слова.

— Он тоже здесь?

— Ота решил воздержаться от встреч с вами, пока не поймет, как вы намерены поступить: поможете ему или поспособствуете его гибели.

— Очень мудро с его стороны, – сказал Радаани. – Тогда потолкую с поэтом – остальные меня не интересуют.

Маати кивнул и вышел из комнаты. Общий зал представлял собой просторное квадратное помещение с низким потолком и двумя очагами в углах. Слуги Радаани что-то пили – вряд ли чай – и беседовали с посыльным из Дома Сиянти. Поэт не сомневался, что тот вытянет из них больше полезных сведений, чем можно получить при формальной беседе. У двери в боковую комнату со скучающим видом сидел, развалившись на стуле, Синдзя, но позицию он занял с тем расчетом, чтобы видеть все происходящее в зале.

— Ну? – спросил он.

— Хочет поговорить с Семаем-тя.

— А с другими?

— Не горит желанием.

— Значит, ему все равно, правда это или нет. Желает знать, поддерживают ли поэты нашего человека. – Синдзя встал и потянулся. – Интересные формы принимает борьба за власть. Начинаю припоминать, почему решил стать наемником.

Маати открыл дверь.

В боковой комнате было тише, чем в зале, хотя шум дождя слышался в любом уголке чайной. Семай с андатом сидели возле очага. Охотник, которого сумел разыскать Синдзя-тя, полупьяный сидел за столом. Глядя на него, Маати подумал: хорошо, что Радаани не счел нужным его расспрашивать. Тут же сидели три стражника в одеждах Дома Сиянти.