Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 353 – Дэниел Абрахам

Синдзя снова почесал запястье, поморщился и с силой прижал ладони к столу, словно так мог перебороть искушение.

— Слышал, ты опять получил письмо от дая-кво, – сказал он.

Маати поджал губы. Письмо лежало у него в рукаве. Его доставил особый гонец – он ждал ответа в покоях, которые раньше занимали слуги хая.

В письме дай-кво требовал ответить без промедлений, с этим же гонцом. Но Маати еще не брался за перо, просто не был уверен, что захочет написать.

— Зовет обратно? – спросил Синдзя.

— И это тоже, – подтвердил Маати. – Судя по всему, о ситуации в городе ему докладываю не только я.

— Тот мальчишка?

— Ты про Семая? Нет. Думаю, кто-то из подкупленных гальтами Домов. Только не знаю точно из какого. Но это не имеет значения. Дай-кво в любом случае скоро узнает всю правду.

— Как скажешь.

Сверкнула молния, и через полвздоха по небу раскатился гром. Маати поднес пиалу ко рту. Чай с привкусом дыма был сладок, но не помогал справиться с напряжением.

Синдзя придвинулся к окну, и глаза у него заблестели. Маати проследил за его взглядом.

Под косыми струями дождя к чайной приближались трое: над слегка прихрамывающим полным мужчиной слуги удерживали полог в тщетной попытке не дать господину насквозь промокнуть. Все трое – в плащах с глубоким капюшоном.

— Это он? – спросил Синдзя.

— Думаю, да, – ответил Маати. – Иди приготовься.

Синдзя исчез из комнаты, а Маати подлил себе чая. Еще через несколько мгновений дверь отворилась, и в комнату для приватных встреч вошел Порат Радаани. Мокрые волосы прилипли к голове, богато расшитые одежды потемнели и отяжелели от влаги.

Маати встал в позу приветствия.

Радаани не ответил, отодвинул от стола стул, на котором только что сидел Синдзя, и с кряхтением опустился.

— Сожалею, что погода такая выдалась, – сказал Маати. – Думал, вы воспользуетесь тоннелями.

Радаани фыркнул:

— Они наполовину затоплены. Этот город строили с учетом снега, а не воды. Весной в первую оттепель тут ад кромешный. Но вы же пригласили меня сюда не для беседы о погоде, Маати-тя. Я человек занятой. Совет вот-вот соберется снова, и я жду не дождусь, когда все это закончится.

— Об этом я и хочу с вами поговорить, Порат-тя. О том, чтобы вы выступили с предложением распустить Совет. Вы пользуетесь большим уважением. Если выскажете свою позицию, низшие Дома прислушаются. А Ваунани и Камау смогут взаимодействовать с вами, не объединяясь друг с другом.

— Верно, моего авторитета для такого хватит, – согласился Радаани деловитым тоном. – Только я не вижу причин, зачем мне это надо.

— Нет повода для собрания Совета.

— Как это нет? Мы лишились хая, Маати-тя.

— Последний хай оставил сына, то есть наследника, – произнес Маати. – Никто в зале собраний не вправе претендовать на титул хая Мати.

Радаани сцепил на животе толстые пальцы и прищурился. На губах заиграла улыбочка, которая могла означать все, что угодно.

— Похоже, вам есть о чем мне рассказать, – сказал он.

И Маати начал рассказ, но не с собственного расследования, а с самого начала истории.

Идаан Мати и Адра Ваунеги. Поддержка Гальта. Убийство Биитры Мати.

Поэт излагал это как некую легенду или предание, и получалось легче, чем он ожидал.

Когда он дошел до побега Оты, Радаани с довольным видом ухмыльнулся, но стал серьезным, услышав о связи между гибелью Даната и организованной за Отой охотой.