Книга Тень среди лета. Предательство среди зимы, страница 232 – Дэниел Абрахам

— Маати Ваупатай, – сказала Идаан. – Дай-кво прислал своего поэта, чтобы тот провел какие-то поиски в нашей библиотеке.

— Это ни для кого не секрет, – ответил Ошай, но Идаан показалось, что в его глазах мелькнула тревога.

— А твоих хозяев разве не беспокоит, что этот новый поэт может преследовать ту же цель, что и они? И что такого в этих древних свитках? Ради чего ты так рискуешь?

— Этого я не знаю, высочайшая, – ответил наемный убийца. – Мне доверяют работу деликатного свойства, потому что я не стремлюсь узнать то, чего мне знать не следует.

— А гальты? Им не интересно, что Маати Ваупатай добрался до библиотеки Мати раньше их?

— Им это… небезынтересно.

— Это единственное, на чем ты настаивал. – Идаан шагнула к сидящему на ящике Ошаю. – Заявившись к Адре и его отцу, ты согласился нам помочь при условии, что в обмен получишь допуск в библиотеку Мати. А теперь твой трофей может достаться другому.

Логичный после всего сказанного вопрос повис в воздухе. Если гальты не получат желаемого от Адры и Идаан, если их человек не добудет в библиотеке то, за чем они охотятся, продолжат ли они содействовать осуществлению безумного и кровавого плана?

У Идаан чаще забилось сердце. В глубине души она даже надеялась, что ответом будет «нет».

— Поэтам положено изучать древние тексты, – ответил Ошай. – Было бы очень странно, если бы посланный в Мати поэт не проявил интереса к вашей прекрасной библиотеке. Совпадение по времени – это действительно любопытно, но, думаю, волноваться пока не о чем.

— Он расследует смерть Биитры. Уже спускался в шахту. Он задает вопросы.

Улыбка слетела с лица Ошая.

— О чем? – уточнил он.

Идаан выложила все, что знала, начиная с того, как выглядит поэт, и заканчивая его заинтересованностью в знакомстве с придворными, со знатными семьями, с предместьями и шахтами. Она перечислила приемы, побывать на которых он изъявил желание, и тех, кому он хотел быть представлен. И сказала, что он постоянно упоминал какого-то Итани Нойгу. И заметила, что его интерес к восхождению нового хая на престол тоже показался ей далеко не академическим. И под конец добавила, что слышала о посещении поэтом рудника Дайкани и его визите на постоялый двор, где ее брат умер от руки Ошая.

Когда она закончила, ответом было молчание.

Адра выглядел растерянным, а Ошай просто о чем-то задумался.

Наконец наемный убийца принял позу благодарности и сказал:

— Вы правильно сделали, что позвали меня. Сдается мне, этот поэт сам не знает, что именно ищет. Но то, что он занимается поисками, уже плохо.

— И что же нам делать? – с отчаянием в голосе спросил Адра.

Ошай вскинул голову, как охотничья собака, услышавшая крик птицы:

— Вам – ничего, высочайший. Вы, высочайшая, тоже не станете ничего предпринимать. Я сам обо всем позабочусь.

— Ты его убьешь, – сказала Идаан.

— Если сочту это наилучшим выходом…

Идаан приняла позу, которой хозяева указывают слугам на их ошибку.

— Я не спрашивала, убьешь ли ты его. Я сказала, что ты его убьешь.

Наемный убийца на мгновение сузил глаза, губы дрогнули в подобии улыбки, а отблеск свечи в глазах стал как будто ярче. Он прикинул что-то и изобразил позу согласия.

Идаан опустила руки.

— Что-нибудь еще, высочайшие? – спросил Ошай, продолжая смотреть на Идаан.