Книга Танец для Феникса, страница 26 – Екатерина Васина

— Это опыт.

— Не действует, — покачала я головой.

— Верю, — кивнул Видар, — у тебя максимализм. Его порой трудно перешибить логикой. Ты считаешь несправедливым мою просьбу? Взамен я спас вас, ценой своего опыта, своей жизни. Знаешь, что такое, рождаться и полностью понимать, что происходит? И терпеливо расти заново, из младенца во взрослое существо.

— Я тебе зачем?

Правильно, к чему официоз, он же на меня претендует и все такое.

Я не дрогнула, когда Видар подошел ближе. Но вот брови дернулись сами собой, стоило Фениксу взять мои ладони в свои. Так, что шелковая ткань рукавов сползла, обнажая руки.

— Твоя магия зовет меня.

Он поднес мои ладони к губам и выдохнул:

— Я ощутил это сразу, Ния. Ты сможешь принять мой огонь. И разделить его.

От его дыхания по рукам поползли мурашки. А голос почему-то осип:

— В смысле?

— Целители фейри могут только лечить. Но если их дар объединить с моим, то получается нечто совершенно иное.

— Такое уже случалось?

— Крайне давно. Обычно все целители примерно одного уровня. Всплески сил появляются редко.

Я облизнула почему-то пересохшие губы. Пусть он отпустит мои руки, пожалуйста!

— То есть, мой дар станет чем-то иным?

Зеленые глаза едва не прожгли меня насквозь, когда Видар произносил ответ:

— Абсолютно.

— А… — я едва смогла выдавить из себя следующий вопрос. — а… если бы… ну если бы я родилась обычным целителем? Ты бы не обратил на меня внимание, да?

Хороший вопрос, Ния. Я поаплодировала сама себе, глядя на лицо Феникса. Он явно задумался над моими словами.

— Ну… ты обратила бы внимание уже тем, что назвала меня древним.

— А тебя так не называли?

— В таком контексте — нет.

Я почесала кончик носа. Какая-то странная беседа у нас складывалась. Я не орала, не кидалась предметами, да и Видар не спешил заверять меня в своей внезапно вспыхнувшей любви.

Вот чему я точно научилась, живя среди людей, так это легкой циничности. И во внезапную любовь верила примерно так же, как в то, что рыбы научатся летать. Можно испытывать похоть, любопытство, интерес, в конце концов, но любовь появляется не сразу.

И зачем он берет мои руки в свои? Это нервировали, потому я осторожно попыталась освободиться и спросила:

— То есть, хочешь, чтобы моя магия слилась с твоей? Сделать меня крутой целительницей.

— Вроде того. Для начала можно это назвать и так.

— Тогда возьми меня ученицей, — предложила радостно, — не вижу проблемы.

— Я вижу, — вздохнул Видар.

— Почему? Я прилежная фейри. Почти пары не прогуливаю.

Феникс кашлянул и усмехнулся:

— Извини, Ния, но… как бы так помягче…

— Что? Честно не прогуливала.

Говорить, что угодно, лишь бы не смотреть ему в глаза. Я нашла точку в районе рыжей пряди и теперь старалась не сводить оттуда глаз. Как оказалось, зря.

— Дело не в том, что ты не прогуливала. Дело в том, что ученицей не возьму.

— Почему?

— Твой отец меня возненавидит. Видишь ли, я несколько необычно чувствую твою магию.

— М-м-м? — промычала из вежливости, продолжая думать, можно ли выкрасить волосы в такой яркий цвет, как у него.

И потому упустила тот момент, когда Видар вдруг сильнее сжал мои запястье, дернул на себя и я вдруг поняла, что мужские губы прижимаются к моим. Сначала замычала и попыталась отбиться, но мои руки держали слишком крепко…