Книга Раз и навсегда, страница 68 – Юлия Резник

Адам спустился с верхнего этажа. Я услышала его шаги ещё на лестнице. Узнала бы их из тысячи. Мой мальчик. В нём сейчас было всё: тревога, неловкость, настороженность зверя, которого опять ведут в клетку. Он заглянул в кухню, заметил меня и замер.

— Мам… – прошептал он, как будто извинялся заранее за всё, что сейчас произойдёт.

— Иди, – выдохнула я, сглотнув вставший поперек глотки ком. – Всё будет хорошо.

Он отрицательно мотнул головой, но все же пошел к гостям. Как только за ним закрылась дверь, я поняла, что больше не могу. Не могу просто стоять здесь, словно еще один предмет интерьера.

Я перехватила поудобнее ходунки и, не дожидаясь помощи, покинула кухню. Ноги не слушались, голова кружилась, но все же я как-то продвигалась вперед. Медленно, упрямо, шаг за шагом, как сразу после инсульта. Убеждая себя, что вот тогда была действительно жесть, а сейчас – так, ничего страшного. Подумаешь, я ведь знала, что Вахид обручился. Более того – я сама сделала все, чтобы он не стал разрывать помолвку. Какие к нему вопросы?

Я добралась до своей комнаты и закрыла за собой дверь. Не заперла – нет. Сил не хватило. Просто прикрыла, но этого было достаточно, чтобы отгородиться от шелеста шелка, от смеха, от стука вилок о тарелки и немного успокоиться.

Спустя, наверное, полчаса дверь едва слышно скрипнула. Я не обернулась – мне стало реально все равно, кто там.

— Мам, – раздался тихий шепот.

— Адам? А ты почему ушел? Как же гости?

— Да плевать я на них хотел! От меня требовалось ответить на вопросы – я ответил. А больше я им ничего не должен.

Я повернула голову. Он стоял, сжав кулаки, с лицом, перекошенным эмоциями.

— Адам, ну ты чего?

— Я чего? А ты? Зачем это терпишь?! Они не имели права так с тобой поступать! – выплюнул он, наконец.

— Отец беспокоится о тебе. Говорит, ты универ прогуливаешь…

— И что?! Это дает ему право вести себя как мудак?!

— Тише! Нельзя так. Он твой отец. Хасан влиятельный человек и…

— А ты моя мать! Как он мог притащить в свой дом эту… Едва не вынудив тебя ей прислуживать?!

— Все немного не так, – пролепетала я.

— Так, мама! И я никогда ему этого не прощу. И не буду пресмыкаться перед этими, чего бы они нам ни обещали.

Я хотела его остановить. Сказать: «Не кипятись, пожалуйста, не делай хуже». Но не смогла. Потому что в этот момент он был прав. На все сто. И я не находила в себе сил сгладить еще и это.

— Я столько лет жил, глядя на вас с папой, и как последний дебил верил в то, что у нас просто образцово-показательная семья. Думал, женюсь, только если встречу женщину, с которой смогу выстроить похожие отношения. Закрывал глаза на отцовские… – Адам запнулся, сглотнул чуть было не вылетевшие опрометчивые слова. – Только не думай, что я об этом знал. Нет. Наверное, в глубине души догадывался, но отказывался верить. Он же был моим идеалом… – моего мальчика будто прорвало. Его откровенность была такой неожиданной!

— Подростки обычно страшно эгоистичны, Адам. Я могу понять, почему так происходило. Но я рада, что случилось именно так. Неправильно впутывать детей во взаимоотношения взрослых. Мне даже сейчас неловко.

— Тебе?! Мама! Это он только что притащил в наш дом… – Адам сглотнул явно неприличное слово. Вдохнул глубоко шумно… – Мне что, это проглотить?! Сделать вид, что я не заметил, как он тебя унизил?