Книга Ищу Деда Мороза, страница 21 – Любовь Перуница

Не хочу отвечать сейчас себе на этот вопрос.

Я открываю шкаф, намереваясь просто посмотреть, что можно накинуть. Строгие выглаженные рубашки, аккуратно сложенные свитера, несколько пар идентичных темных джинсов. Ничего лишнего. Ничего яркого. И вдруг, в самом углу, я наткнулась на стопку футболок. Все простые, без рисунков. Как скучно! Тяну за ворот первой попавшейся. Она мягкая, заметно поношенная, а пахнет ммм… им. Не парфюмом, а чистым мылом, чем-то древесным и тем самым притягательным неуловимым запахом кожи, который так заметен, когда он наклонялся ко мне. В груди порхают бабочки и, кажется, я готова обнюхивать его вещи целый день, как наркоман.

Боже, Лазарева! Простой признай, ты того да? Поплыла.

Через минуту я уже была в этой футболке. Она велика для меня, но закрывает лишь ягодицы и свисает с одного плеча. Мягкий хлопок обволакивает, как объятие. «Ну что ж, — смотрю на свое отражение в темном окне. — Выгляжу как подросток, укравший одежду у старшего брата. Но зато уютно».

Квартира при свете дня открывается по-новому. Комната, где я спала, оказалась спальней-кабинетом. Книги. Их море. Полки от пола до потолка, забитые научными томами, учебниками, классикой в потрёпанных переплётах и фантастикой. Я провела пальцем по корешкам. Азимов, Стругацкие, Лем. Рядом — монографии по квантовой механике. Соседство весьма обнадёживающее.

На письменном столе царит идеальный порядок: ноутбук, стопка тетрадей, пара шариковых ручек, выстроенных параллельно краю стола. И кактус. Небольшой, в глиняном горшочке с огромными иглами. А на полке повыше — ещё один, уже с иголками поменьше и почаще, но зато с нежнейшим ярко — розовым цветком, который кажется невозможным в этой суровой обстановке. Я залюбовалась. Это так на него непохоже и так похоже одновременно: внешняя колючесть и скрытая внутри яркая, страстная натура.

Рядом, на отдельной полке, стоят несколько фотографий в простых рамках. Молодой Кирилл со строгой, худой женщиной, должно быть, матерью. Он на пьедестале на каких-то студенческих соревнованиях. Бокс? Вот это да. И ещё одно фото притянуло взгляд. Он, лет на десять моложе, улыбается не своей скептической ухмылкой, а по-настоящему, широко. Рядом с ним — девушка в инвалидном кресле. У неё такие же, как у него, серые глаза и такая же светлая, открытая улыбка. Может сестра? Они выглядят очень близкими. Почему-то есть тотальная уверенность, что это не его девушка, а именно родственник. Где-то в груди сжалось. Он никогда об этом не говорил. Да, если по честному, он вообще о себе ничего не рассказывает.

В углу комнаты спортивный уголок: турник, брусья, гантели. Всё чистое, видно, что затертое. Вот откуда эти плечи и предплечья. Не генетика, а дисциплина.

На комоде стоит музыкальный проигрыватель в стиле ретро. Я подошла, покрутила ручку. На вид — винтажная вещица, но на задней панели обнаружились современные входы: USB, Bluetooth. Улыбаюсь. В порт воткнута маленькая флешка. Без раздумий я нажала кнопку воспроизведения.

Звук заполнил комнату — негромкий, бархатный, безупречно чистый. Лёгкий, чуть меланхоличный джаз. Саксофон, контрабас, тихий перебор пианино. Музыка сложная, но удивительно уютная. Совсем не то, что я ожидала услышать. Никакого тяжёлого рока или, того хуже, классики. Я закрываю глаза, позволив нотам окутать себя.