Книга Как профукать праздник. Влюбиться в виновника, страница 45 – Екатерина Мордвинцева

— Что ты начинаешь жить, — закончила Кристина. — И это нормально, Оль. Это абсолютно нормально.

— Нормально? — я усмехнулась. — Нормально — чувствовать что-то к мужчине, который чуть не убил нас, когда мои подруги пропали без вести?

— Он не чуть не убил нас, — возразила Кристина. — Была авария. Он виноват, да. Но он не хотел нам зла. И потом, он помогает. Реально помогает. Он не просто «чувствует вину». Он делает.

— Это не имеет значения, — я покачала головой. — Не имеет значения, что он чувствует. Не имеет значения, что я чувствую. Сейчас не время.

— А когда будет время? — спросила Кристина. — Когда их найдут? А если...

Она не договорила.

— Если их не найдут? — закончила я. — Тогда я буду ждать. Всегда. Я не перестану ждать. Даже если пройдут годы. Даже если все скажут, что их нет. Я буду ждать. И у меня не будет времени на... на это.

— На что — «на это»? — Кристина посмотрела на меня. — На жизнь? На чувства? На то, чтобы быть счастливой?

— На то, чтобы быть счастливой, когда они, возможно, страдают, — я села обратно. — Да. Не будет.

Мы замолчали. Кристина смотрела на меня, и в её глазах была боль — не только за пропавших подруг, но и за меня.

— Ты не права, — сказала она наконец. — Я понимаю, почему ты так думаешь. Но ты не права.

— Может быть, — я взяла телефон, который лежал на столе. — Но я не могу иначе.

Я открыла чат с Андреем. Посмотрела на его сообщения — десятки за эти дни. «Как вы?», «Держитесь», «Я рядом», «Если что-то понадобится — звоните». Я перечитывала их и чувствовала, как внутри меня всё сжимается.

Он был хорошим. Слишком хорошим. Слишком внимательным. Слишком... нужным.

И именно поэтому я должна была его отпустить.

Я начала печатать.

«Андрей, спасибо вам за всё. За помощь, за поддержку, за то, что были рядом вчера. Но я думаю, нам нужно прекратить общение. Мне нужно время. Мне нужно...»

Я стёрла последнюю фразу. Написала снова.

«Я не могу сейчас... я не могу чувствовать. Я не могу быть... я не могу. Простите».

Стёрла.

«Андрей, мне кажется, мы зашли слишком далеко. Вы мне помогаете, я это ценю. Но я не могу позволить себе... не могу позволить себе то, что я чувствую. Это неправильно. Простите, но нам лучше не общаться».

Я смотрела на эти слова, и каждое из них было как нож. Я знала, что делаю больно ему. И себе. Но я не могла иначе.

Отправила.

Телефон завибрировал через минуту. Потом через две. Потом через пять. Я не смотрела. Я поставила его на беззвучный и убрала в карман.

— Ты написала ему? — спросила Кристина.

— Да.

— Что?

— Что нам лучше не общаться.

Кристина вздохнула.

— Ты уверена?

— Уверена.

— Оль, — она взяла меня за руку. — Ты делаешь ошибку.

— Может быть, — я не отняла руку, но и не сжала в ответ. — Но это моя ошибка.

Я просидела на кухне до обеда. Кристина и Инга — которая проснулась позже — суетились вокруг, готовили еду, делали вид, что ничего не случилось. Но я видела, как они переглядываются, как шепчутся, когда думают, что я не слышу.

Я не обижалась. Я знала, что они волнуются. Но я не могла им объяснить то, что чувствовала. Не могла сказать, что каждое сообщение от Андрея, каждый его звонок, каждая его попытка быть рядом заставляли меня чувствовать себя предательницей. Не могла сказать, что когда я думала о нём — о его глазах, о его голосе, о его руках, которые держали меня вчера, — мне казалось, что я забываю о них. О Маше, о Жене, о Даше. О тех, кто был для меня важнее всех на свете.