Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 9 – Анна Грин

Я усмехнулась.

— Мам, ты как всегда.

— Конечно, я как всегда. А кто он, как не писькотряс? Нечистоплотность — это удел глупых мужчин. Нечистоплотность — это следствие того, что недовоспитали, недолупили. Вот поэтому я его никем хорошим не считаю. Особенно после развода.

— Ты позвонила, потому что…

— А я позвонила, потому что хотела уточнить: а ты к нам в загородный дом приедешь?

— Ты же знаешь, отец не очень доволен.

— И что? Только его мнение меня не очень интересует. Улыбку натянет и будет сидеть лысиной сверкать. Приезжай. Приезжай, Саша. Нам много есть о чем поговорить. И мне кажется, тебе этот разговор будет очень интересен.

Мама умела ставить такие интриги и обрывать их на самом горячем месте, что у меня не оставалось никакого варианта, кроме как согласиться.

— Хорошо, я приеду. Может быть, Ксюша захочет со мной. Либо Базиль.

— Да, да, Васю тоже бери. И прекрати называть его этим дебильным именем. Василий. Он Василий.

— Да, мам, я понимаю.

Я улыбнулась и закончив разговор, переключилась на документы.

Таможня тормозила грузы. Сейчас было тяжело. Ещё лет десять назад таких проблем не было. Даже те же самые китайские массмаркеты и то проходили таможню по несколько месяцев. Это накладывало большие проблемы на логистику.

Провозившись весь день на работе, под конец дня я чувствовала себя чуть лучше, чем выжатый лимон. Поэтому, когда упала на заднее сиденье машины, то даже не смогла ничего вымолвить, и водитель просто развернул авто в сторону дома.

Когда я зашла в пустую квартиру, где старалась даже мебель сменить в последнее время, то усталость накатила со всей силы. Дело было не в том, что я тосковала. Хотя и тоска тоже была. Больше меня сводило с ума постоянное нахождение рядом с Рубеном.

Он ещё обладал той самой магнетической способностью вывернуть всю историю не пойми как. И в какие-то моменты я сама сомневалась, что я в своём уме. Но потом прокручивала встречу в Красной Поляне и Надю, которая долго не могла сообразить, что произошло, и все вставало на свои места.

Я бросила мобильник на подлокотник дивана и не раздеваясь, упала вдоль. Зарылась лицом в подушку и поджала колени к груди.

Телефон ослепил, мигнув входящим сообщением. Я, нахмурившись, вскинула бровь. Увидела знакомый номер. По наивности и глупости развернула сообщение и, выматерившись, отбросила от себя трубку.

Господи, какой извращенец, этот Беркутов!

— И в таком случае компания “Лидал”, та часть, которая принадлежит Александре, тоже подлежит разделу. — Медленно произнёс адвокат Рубена и свёл пальцы в замок — играл в такого своеобразного Доктора Зло.

Желание договориться было назначено через три дня после нашего последнего разговора с Рубеном. Я сидела, лениво отпивала из чашки крепкий кофе и едва заметно щурила глаза.

На мне была бежевая широкая блузка и длинная юбка в пол с массивным ремнём. Волосы, собранные в небрежный пучок на затылке — Рубену это нравилось. Настолько, что ему было наплевать на то, что говорил его адвокат.

Но не было наплевать мне.

Я отклонилась и, отодвинув кресло, встала из-за стола, сделала несколько шагов в одну сторону, в другую. Заметила, как пристально бывший муж наблюдает за разрезами на моей юбке, которые открывали ноги. Потом засунула руки в карманы и, слегка прогнувшись в пояснице, выдохнув, произнесла: