Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 149 – Анна Грин

— На этот счёт вообще не переживай, что я там совершила какую-то глупость. Нет, я не совершила никакую глупость. И спасибо, что ты вовремя умудрилась сказать о том, что ты с ним того этого… Но, чёрт возьми, мама.

Ксюша откинулась на спинку кресла и зажала ладонями глаза, отказываясь верить.

— И давно у вас это?

А я не знала, что сейчас лучше сказать: соврать о том, что да, мы с ним несколько месяцев уже тусим, или просто признаться в том, что мы один раз переспали. Блин, куда ни поверни!

— Познакомились несколько месяцев назад, когда я в первую аварию попала. Встретились в ресторане, и пошло-поехало.

— А папа знает?

— Ты нормальная? — вызверилась я на неё. — У отца любовница двоих детей родила. С чего отцу знать о том, с кем я и что делаю в своё свободное время?

Ксюша пожала плечами.

— Просто у вас с ним такие отношения, что мне казалось, будто бы он пытается тебя вернуть всеми возможными силами. И я подумала: если он узнал о том, что у тебя есть мужчина, логично, что он занервничал, запсиховал и стал копытом бить.

А я не знала просто, что сейчас с Ксюшкой делать. Вот действительно, как в этой ситуации правильно поступить матери?

— Отец в курсе, — тихо призналась я и произнесла: — Но это не решает вопроса того, что ты ведёшь себя…

— Мам, да я нормально себя веду. Я просто для себя решила, что мне не интересно с ровесниками. Мне интересно с тем, кто постарше. Потому что я отдаю себе отчёт, что я небольшого ума. Как бы ты ни старалась, как бы отец ни старался! Вот сказать о том, что я, например, неплохо людей считываю, на уровне эмпатии — это да, эмоциональный интеллект у меня прекрасно развит, потому что я росла в здоровой семье. Ну, что касательно любого другого интеллекта, у меня с этим достаточно большие проблемы. Я отдаю себе отчёт, что я не стану тобой. Я не смогу никогда руководить компанией. И уж тем более я не смогу никогда сделать так, что моя фамилия будет мелькать во всех сводках Forbes. Я прекрасно оцениваю свои шансы. И да, не надо на меня так смотреть. Я хочу подороже продать свою красоту.

— Это путь в никуда, — тихо произнесла я и, сгорбившись, обняла себя за плечи. — Это путь в никуда, Ксюш. Это билет в один конец. Твоя красота имеет место быть, пока ты молода. Пройдут года, а дальше что? Ты поймёшь, что ты не уникальна, ты не идеальна, и то, что у твоего мужа череда любовниц, а у тебя при этом трое детей. И ты спрашиваешь, можно ли тебе оплатить им детский сад. Ты думаешь, у меня в твоём возрасте мозгов было настолько много, что я сразу взяла и села в директорское кресло? Да нет. Только разница заключалась в том, что у меня не было подушки безопасности. А у тебя она есть. Поэтому ты так рассуждаешь. Поэтому ты изначально к себе относишься со снисхождением, что ты небольшого ума. Ну, это глупо.

Ксюша пересела ко мне на диван и, вздохнув, уткнулась лбом мне в плечо. А потом сползла и легла на колени. Мы молчали весь оставшийся день.

Тихо, о чём-то иногда заикались обе.

А ближе к девяти Ксюшка, собравшись домой, произнесла:

— Ты прости, что так получилось. Я не знала, что ты с Виктором. И логично, что я не имею права лезть и что-то доказывать.

— Пожалуйста, — тихо прошептала я, обнимая дочь. — Не думай, будто бы ты какая-то неправильная. Не думай, будто бы ты чего-то не достойна. Не выбирай меньшее только из-за того, что к нему надо прикладывать крупинку усилий, а к большему — вагон и маленькую тележку.