Книга Разведена! После 40 жизнь только начинается, страница 123 – Анна Грин

— Да. — Медленно произнесла я, чувствуя, как низ живота потянуло.

Да нет, это же глупость.

Ну не может быть такого.

Может, просто съела что-то не то и кишечник…

Плюс седан дышал мне в жопу, а я уже как бы один раз вляпалась в аварию.

— Ты так напряжённо со мной говоришь, как будто бы…

— Да, знаешь, что-то у меня низ живота потянуло.

Я отгоняла от себя мысли о том, что таблетка могла не подействовать.

Но нет, она всегда действует. Это было просто исключено.

Может быть, я не знаю, у меня какая-то хворь по-женски?

Хотя я недавно проверялась. Месяца три назад сдавала весь пакет анализов.

— Мам, слушай, давай я приеду? Где ты сейчас? Останови машину. Я подъеду и заберу тебя. Отвезу домой.

— Да все нормально. — Выдохнула я, ощущая, как пульс скакнул, ладони вспотели, и атласный топик под пиджаком тут же стал прилипать к коже.

Нервно все было.

Я бросила взгляд в зеркало заднего вида и поняла, что седан отчаянно хочет общения и поэтому, уже не стесняясь, припирает меня к обочине. От этого становилось ещё хуже.

— Ещё какой-то седан прям в жопу дышит. — Тихо произнесла я и ощутила, как яичники по обе стороны прихватило спазмирующей болью, словно молоточки начали долбить.

Я зажмурила глаза и прижалась к рулю, стараясь согнуться.

И вдруг поняла, что это была самая фатальная ошибка, которую можно было сделать в этой ситуации.

Потому что я не заметила, как седан, поравнявшись со мной, со всей силы долбанул меня в бок так, что у меня машину бросило в сторону и колёсами перемахнув поребрик, тачку направило в сторону большого фонарного столба.

Я взвизгнула, резко ударив по тормозам, и услышала последнее:

— Мам? Мам? Мам…

Саша.

Ксюшке было чуть больше двух, я ходила беременная Васей, и мы всей семьёй выехали на турбазу. Это было мероприятие, связанное с работой, и, соответственно, в качестве развлечений были представлены самые разнообразные конкурсы.

Рубен, поскольку всегда подавал пример, выбежал в круг соревноваться в какой-то борьбе. Мужчина напротив был на пятьдесят килограммов его тяжелее. Но Рубена никогда не пугала внешность оппонента.

Я держала Ксюшку, осторожно дотрагивалась до низа живота.

Они начали друг друга пытаться свалить — первый, второй, несколько заходов. Судья бегал, что-то кричал, заставляя толпу все сильнее распаляться. А мы с Ксюшкой стояли и наблюдали за папой.

В какой-то момент стало понятно, что Рубен не выдержит. Мужик его повалил, прижал к мату, и в этот момент я не удержала Ксюшу. Она скользнула мимо меня, вырывая свою ладошку из моей руки, просвистела, как стрела, между ног у судьи и со всего размаха подпрыгнула и повисла на шее у отцовского оппонента. У неё в руках была игрушка кенгуру войлочная, и она этой игрушкой, визжа, лупила дядю по голове, чтобы только отдал и отпустил её папу. Рубен тут же поднялся на ноги, схватил Ксюшку, начал кружить её, целовать и говорить, что она самая крутая, самая бесценная у него. Мужик, усмехнувшись, отдал ему свою победу, сказав, что он выиграл не бой, а он выиграл эту жизнь.

Рубен кружил Ксюшку на руках, целовал. Дочка радовалась, визжала. Потом, вернувшись ко мне, обхватил за плечи и поцеловал жадно и горячо. Тогда мне казалось, мы такая крепкая семья. Тогда мне казалось, что все это будет нерушимо годами, веками, тысячелетиями.