Книга Говори обо мне гадости!, страница 28 – Анна Долгова

Я с изумлением посмотрел на Рому. Что он ей там понаговорил?

— Однако же, как интересно стали тренеры по семьям подопечных ходить! С тортами и цветами! Это вам спортивный комитет деньги на подарки выделил?

Лена все поняла. Раскусила сразу. Вот только не знает, как показать нам свое недовольство. Нет. Это понятно, что вся ситуация сейчас абсурдная и мало кому может понравиться. Но раз я начал, буду действовать до конца.

— Видишь ли, Леночка, — начал я, не обращая внимания на ее вытаращенные глаза. — Я привык добиваться своего. И раз я сказал, что вы будете моей семьей, значит, вы ею будете.

— А у нас вы спросить не хотите?! — она уже гневно восклицает.

— Я согласен! — кричит Рома, пригубляя свой чай, но тут же получает пинок по ноге от матери под столом. — Ай!

— Ой, сынок, прости! Тик. Нервный! — Лена зла, как никогда.

— Не извиняйся, — Ромка делает наигранную улыбку, но подбирает ноги под себя и делает все-таки глоток чая.

Лена смотрит на меня. В глазах злость. Готова растерзать сейчас меня.

Рома же стал нарезать торт. Положил первый кусок матери:

— Вот, мам, покушай. Твой любимый, между прочим, — уже подлизывается Ромка.

Я знал, что разговор может быть тяжелым. Но чтобы настолько…

Лена демонстративно отставляет тарелку подальше.

— А мне теперь сладости есть нельзя. Иначе я в свадебное платье не влезу! Так ведь, Владислав Игоревич?! — женщина закипает еще больше. — Или мне теперь вас как-то по-другому называть?! Владислав? Владик? Владюшечка? — на последней вариации она показательно складывает губы в трубочку, как настоящая курица из инстаграма.

А меня как током шарахнуло. Причем нехорошо шарахнуло. Была у меня подобная инстадива, которая звала меня Владюшечкой. Вот именно с таким протяжным завыванием. Недолго я с ней побыл. Бросил, поскольку мои просьбы не называть меня этим кошачьим прозвищем были пропущены мимо ушей.

— Хоть большим засранцем, — коротко и строго отвечаю я, беря ложку и принимаясь за торт, который Рома вот только положил передо мной.

Лена скрестила руки на груди. Я же, не отводя от нее взгляда, начинаю поедать большими кусками торт. Хочешь, чтобы я ушел?! А фиг тебе!

Она же придвигает к себе оставшийся торт и начинает поедать его ложками. Взгляда с меня не сводит. Смотрит испытывающе. Разобравшись со своим куском, я накидываюсь на торт с другой стороны. Лена отбирает, пододвигая его себе. Я же не сдаюсь и тяну его на себя, хватая ложкой куски, как можно больше.

— Это мой торт! — восклицает Лена.

— Я его купил! — парирую я.

— Так вы в гости пришли!

— Я пришел домой! К семье! — что на меня нашло, не знаю.

— Семью еще нужно заслужить! — кричит Лена с набитым ртом.

— Ты мне не даешь себя проявить!

— И не дам!

— Почему?!

— Потому что вы наиграетесь в семью и свалите опять в свою Москву! — Лена чуть ли не заглатывает торт, а я боюсь, что она подавится.

— Тогда вы поедите со мной в Москву прямо сейчас!

— Зачем?!

— Чтобы мне некуда было сваливать! — я тоже перешел на крик.

В следующую секунду мы схватились за свой чай. Каждый выпил свою кружку залпом. С грохотом поставив кружки на стол, вышли из «глазной войны», поскольку услышали Ромкину икоту.

— Простите, — смутился парень, закрывая рукой рот.

А мы только сейчас стали остывать. Посмотрели вместе с ней на стол. Торт съеден. Крошки и небольшие куски лежат по всему столу.