Книга Говори обо мне гадости!, страница 25 – Анна Долгова

— Да я уж понял…

— Что и как ты это понял? — меня уже настораживает Ромкино поникшее настроение.

— Да мама до дома так бежала, что я ее еле возле подъезда нагнал!

— А еще она что-то говорила?

— Я ничего больше не спрашивал, — отчеканил Рома, вздернув подбородок и сложив руки на груди.

Так. Парень закрылся. Значит, разговор обо мне был. Какой, узнаем позже.

— В связи с этим я бы хотел извиниться. Скажи, какие цветы предпочитает твоя мама?

— Никакие, — отрезал Рома.

— Ром, каждая женщина любит цветы. Какие ей дарит этот Леонид?

— Да всякие. Только она их даже в воду не ставит. На следующий день они подсыхают, и она просто их выкидывает.

Странно. Женщина и не любит цветы?! Да она, и вправду, необыкновенная. Королева просто.

— А что тогда она любит? — недоуменно спрашиваю я, поскольку больше идей у меня нет. Не буду же дарить ей сразу золотые подвески и сережки. Эта женщина их точно не примет.

— Тортики, — улыбается Рома. — У нее нет диатеза, и она никогда не была толстой.

— Это я уже понял, — невольно посмеялся над вчерашними шуточками от парнишки. Здорово он мать развел, конечно. — Тогда я куплю торт, а ты его передашь. Скажешь, что от меня.

— Э, нет, так дело не пойдет. Сами передавайте свои тортики. Я вам и адрес наш скажу. И даже сообщу, когда она дома будет, — лукаво улыбается Рома.

Пока я думал, что ответить, Рома продолжил:

— А давайте вы к нам в гости придете?! — в глазах азарт и юношеский драйв. — Вот прям сейчас! Пойдем к нам в гости?!

— Ром, без предупреждения нехорошо по гостям ходить. Да и у мамы могут быть на вечер планы. К примеру, она может договориться с Леонидом о встрече.

— Этот банковский клерк в командировке, в очередной. И потом, очень хорошо, если у них будет назначена встреча, а тут мы с вами придем! — у подростка глаза горят, что сейчас ослепну.

Я немного подумал, но все же согласился:

— Хорошо! По рукам, — мы пожали друг другу руки. — Только получать от мамы будем вместе.

— Идет!

Через полчаса мы с тортом и цветами — большим букетом красных роз — входили в подъезд. Для себя же отметил, что дом обычный, пятиэтажный. Примерно в таком же квартира и моих родителей. Козырять пока нечем.

Только я пригорюнился, как на нас вылетела какая-то бабушка. Седовласая, невысокого роста, но весьма крепкого телосложения.

— О! Опять у тебя новый папа, Ромашка-промокашка?! — чуть ли не взвизгнула бабушка.

Я опешил, но Рома только слегка отодвинул ее и пропустил меня вперед. Ничего не ответив ей, он пошел дальше за мной. Обернулся, чтобы уточнить, кто это и что это сейчас было, но парень сам все объяснил:

— Не обращайте внимание. Я раньше домой приходил всегда только с дедом. Пока он живой был. И тут всего один мужчина мамы крутился. Это как раз-таки Леонид. Это просто старуха полоумная. У нее старческий маразм крепчает.

Честно говоря, меня больше возмутила присказка старушки на Рому. Что это за «промокашки» такие?! Меня не смутило сравнение с новым папой. Я буду папой единственным. Но за паренька стало обидно. Надо бы с Леной поговорить на эту тему.

Мы поднялись с Ромой на третий этаж. Она зашел первым и впустил меня. Квартира небольшая, но ухоженная и уютная. Каким-то домашним теплом веет. Коридор квадратной формы, поэтому не тесно. Возле входной двери запертая дверь, из которой слышится шум льющейся воды. Видимо, там ванная комната. Не прогадал.