Книга Хозяйка острова. Мама для дочери дракона, страница 81 – Лина Калина

Мои дни в приюте мифических существ теперь начинались рано.

Солнце ещё не успевало подняться над горизонтом, как я уже была на ногах. Несмотря на слепоту, я научилась ориентироваться в этом мире благодаря острой интуиции и помощи Дейва. Он стал моими глазами, поддержкой и опорой.

Каждое утро начиналось с обхода. Я поднималась с постели, чувствуя прохладу пола под ногами.

Дейв уже ждал у двери, готовый помочь начать день. Он мягко брал меня за руку, и мы вместе отправлялись на завтрак.

— Как себя чувствуешь, Тома? — спрашивал Дейв каждый раз, добавляя: — Ты не обязана этого делать.

— Всё хорошо, правда, — отвечала я, чувствуя, как его уверенность передаётся мне.

Мы шагали по коридорам приюта и выходили в сад. Я слышала разные звуки: шорох крыльев, мягкие шаги, лёгкое ворчание. Они стали для меня привычными и родными.

Наша первая остановка — луг единорога. Здесь царила тишина и спокойствие, и я ощущала присутствие Юмина. Раньше он насмешливо фыркал при виде меня, но теперь стал более спокойным и послушным.

— Юмин, как ты сегодня? — ласково спрашивала я, протягивая руку и ощущая, как единорог подставлял свою бархатистую морду.

Дейв подавал новенький деревянный гребень, и я принималась расчёсывать длинную серебристую гриву единорога.

Он тихонько пофыркивал, явно наслаждаясь процессом. Гребень мягко скользил по шелковистой копне, и я чувствовала, как Юмин расслаблялся под ласковыми прикосновениями. После того как тщательно расчесала единорога, осторожно осматривала копыта, нащупывая возможные повреждения или грязь.

Затем Дейв протягивал флакон с радужной эссенцией, и я открывала его. Аромат мгновенно наполнял воздух, и Юмин снова тихо фыркал. Я угощала его эссенцией, чувствуя, как мягкие губы касались моей ладони. Это было мгновение чистой гармонии, когда мы оба наслаждались нашей рутиной.

Следующим был хромокс. Я ощущала его присутствие по лёгкому трепетанию крыльев и летящей пыльце рядом. Дейв подавал мне специальную мягкую щётку, и я аккуратно проходилась по коже существа, чувствуя, как он расслаблялся и переставал нервничать.

— Тебе это нравится, правда? — тихо говорила я, и хромокс отвечал довольным урчанием.

Дейв записывал мои наблюдения, фиксируя любые изменения в поведении или внешнем виде хромокса.

Рядом обитал громогор. Его мощные шаги легко узнавались по глухим ударам. Я подходила к громогору с осторожностью, слушая дыхание и стараясь уловить его настроение.

— Доброе утро, господин громогор, — говорила я, и он отвечал хрюканьем.

Я проверяла его лапы и когти, ощущая их грубую текстуру. После этого мы наведывались к Таре, вокруг которой всегда носился лепрекот.

Черепаха медленно подплывала, позволяя осмотреть панцирь и покормить листиками лотоса.

Лепрекот же всегда прыгал и мурлыкал, пытаясь привлечь наше внимание.

— Тара, как у тебя сегодня дела? — спрашивала я, стараясь уловить её настроение. Лепрекот при этом тёрся об мои ноги, и я чувствовала мягкие шерстинки.

Затем мы гладили пушистого звёздного зайчика, который всегда казался мне особенно милым. Его шерсть была нежной и холодной, словно звёздный свет. Существо тихо сопело, когда я проводила рукой по его спине. Забавные звуки наполняли ощущением спокойствия.

Последними мы неизменно навещали феникса. Дейв осторожно подводил меня к гнезду, снимал корзинку со шкафа, и я протягивала руку, чтобы ощутить жар перьев спящего Чарпикса.