Книга Кара для предателя. Наследник бога-дракона, страница 91 – Элис Карма, Алиса Буланова

Я усмехаюсь, но улыбка выходит злобной.

— Тебе нет нужды волноваться об этом. У меня найдутся для них ответы, — отвечаю я сурово. — Я расскажу им про предательство королевы. Я скажу им, что они заблуждаются насчёт Хейдрун. Я напомню им, кто я и почему именно я стою во главе королевства. Если они захотят услышать — тем лучше.

— А если нет? — спокойно уточняет Итар, хотя прекрасно знает ответ.

— Тогда в ход пойдёт сила, — отвечаю я, не понижая голоса. — Трикса сделает своё дело. Те, кто выживут, будут бояться меня. Те, кто погибнут, станут знамением для остальных.

Итар склоняет голову, принимая мой ответ.

— Тогда нам нужно подготовиться, — говорит он и уходит.

Я смотрю на башни дворца. Мысли вновь возвращаются к Хейдрун. Я убеждаю себя, что всё под контролем, что ярлы — лишь временное препятствие, которое можно обойти или сокрушить. И всё же где-то глубоко внутри живёт понимание: если мне придётся пролить кровь знати ради сохранения своей власти, Дваргус уже никогда не будет прежним. Но отступать поздно. Я сам созвал этот совет, и теперь именно я решу, чем он закончится.

Из окна своих покоев я наблюдаю за дорогой, ведущей к дворцу. Камни мостовой поблёскивают в ярких лучах солнца. Один за другим в столицу прибывают ярлы со своими отрядами. Стяги пяти графств развеваются на ветру.

Главный вопрос, который гложет меня с самого утра, — прибудет ли мой отец. Мы не виделись с тех пор, как я покинул родное графство и поступил на службу к конунгу Эйнару. Я не могу сказать, что тосковал по дому. В родительском замке не было места ни сантиментам, ни теплу. Отец поощрял соперничество между сыновьями. И когда я отказался играть по его правилам, он отрёкся от меня. Так что сейчас я с удовольствием взглянул бы в глаза отцу, восседая на своём троне. Это желание, пожалуй, даже сильнее, чем желание подчинить себе волю всех ярлов без исключения. Но интуиция подсказывает, что отец отправит вместо себя одного из братьев. Скорее всего, Витарра, ведь он всегда был у отца на побегушках.

Ярлы собираются в зале советов. Их оказывается больше, чем я думал. Ярл Вальгард из юго-западного графства, ярл Калле из восточных земель, Дагмар, правитель юго-востока, Вермунд с северо-запада. К моему удивлению, я слышу среди них и отца — ярла Йоргена, правителя западного графства. Из всех не явился лишь молодой ярл северо-восточного графства. Вероятно, потому, что я бросил его отца в темницу и пошёл войной на его вотчину. Что ж, для юнца, у кого едва обсохло молоко на губах, Агус неплохо соображает.

Я намеренно не выхожу к ним сразу, желая показать им, где их место. Из соседнего зала до меня доносятся их голоса, их негодующие, опасные речи. Те, кто поумнее, молчат или пытаются одёрнуть самых горячих.

— Это неуважение к совету! Роальд попрал все законы и правила! — восклицает ярл Вермунд.

— Остерегись, ты всё ещё говоришь о конунге! — предупреждает его Вальгард.

— Конунге?! Да любой бы из нас мог быть на его месте, если бы дочь Эйнара сделала иной выбор… И она всё ещё может сделать его, расторгнув брак. Настало время Роальду отречься от короны. Слишком много несправедливых решений он принял за последнее время. Таким путём он ведёт Дваргус к гибели.

— Ты слишком сгущаешь краски, — произносит ярл Калле. — Если мы будем свергать своего правителя после каждой ошибки, то вскоре править будет некому.