Книга Кара для предателя. Наследник бога-дракона, страница 62 – Элис Карма, Алиса Буланова

Тишина в зале становится плотной и острой. Я смотрю изумлённо в её горящие гневом глаза. Это впервые, когда я вижу в них столь сильные и живые эмоции. И, откровенно говоря, это будоражит меня гораздо больше, чем её обычная кротость.

Хейдрун кланяется мне формально и, не дожидаясь дозволения, покидает зал. Её быстрые шаги отражаются эхом от каменных стен. Дверь захлопывается за ней с громким стуком. Я некоторое время смотрю ей вслед, а потом зову к себе одного из своих шпионов.

— Разузнайте кто такой этот Гутбрэнд и как он стал военачальником ярла Берена, — произношу я, складывая руки перед собой в замок. — Выясните, откуда он и где его семья. Самых близких родственников схватите и доставьте в Хольмберг.

Мне неважно ведёт этого безумца его собственная воля или воля бога-дракона, я не позволю ему угрожать мне. Мятежники должны вкусить лиха сполна, чтобы уяснить, кто хозяин Дваргуса.

Гутбрэнд

Мы прибываем в речной порт северо-восточного графства на рассвете. Чёрная вода Меркатории отражает изломанные силуэты гор, будто само небо раскололось и осело в реке. Я стою у правого борта и чувствую, как влажный холод пробирается под плащ. Впрочем, моё тело давно привыкло к подобным неудобствам. Гораздо сильнее меня беспокоит другое — странное, глухое напряжение. Мне хочется верить, что я сделал правильный выбор и здесь мы сможем встретиться с Её Величеством.

Берега возвышаются крутыми уступами, поросшими хвойным лесом. Корни деревьев цепляются за камень, как пальцы старика за край пропасти. Между скал то и дело мелькают провалы — остатки древних штолен, обрушенных проходов, дверей в забытые святилища. Даже с воды я различаю рунические узоры на обломках арок, покрытых лишайником и сухим мхом.

— Чудной край… — произносит Свея одновременно с благоговением и настороженностью.

— Эти земли считаются колыбелью Дваргуса, — говорит Эрлинг, подходя к нам. — Здесь, в подгорных городах, дворфы жили до того, как вышли на поверхность. Нам стоит быть готовыми к тому, что нам здесь не будут рады.

— А когда было иначе? — криво усмехаюсь я.

Сам же продолжаю вглядываться в окружающую нас местность. Не знаю, что именно я желаю увидеть. Может, какой-то знак? Меня беспокоит, что Стамфар молчит с тех пор, как мы пересекли границу графства.

Мы сходим на берег и прощаемся с командой. Лошади, выгруженные с корабля, фыркают, переступают копытами по камням, чуя непривычный воздух. Дорога в столицу графства тянется вверх, в горы. Вскоре река остаётся позади. Узкая тропа вьётся между елей и отвесных скал. Чем дальше мы продвигаемся, тем чаще среди скал проступают отголоски прошлого: рунные арки, полуразрушенные колонны и изуродованные временем статуи. Я ловлю себя на мысли, что чувствую здесь чужое присутствие — не враждебное, но внимательное, словно сами горы следят за каждым нашим шагом.

После полудня мы достигаем столицы графства, Дротфрэйна. Когда-то этот город был полностью высечен дворфами в скалах. Часть его, в том числе чертоги правителя сохранились до современности. Тёмный камень стен почти неотличим от горной породы. Я вижу бойницы, террасы, лестницы, уходящие вверх. Мне в голову приходит, что если кто-то когда-то решится на осаду города, ему придётся изрядно попотеть.