Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 325 – Пеппер Винтерс

— Что еще? – спросил Дарро, не отреагировав на мой вопрос. – Что еще ты увидела?

— Я увидела… – я задрожала; в ушах звенел полный отчаяния голос Дарро из прошлого. – Ты сказал, что гонялся за мной с начала времен. По небесам и морям. Что теперь ты…

— Теперь, когда ты в моих руках… – он дернулся. – Так близко, что я могу поцеловать тебя… ничто меня не остановит.

Я замерла.

— Ты вспомнил?..

Дарро медленно кивнул.

— Я помню, как нуждался в тебе. Помню, что злился на себя за то, что готов на все, – лишь бы тобой обладать, – он вздрогнул. – Помню, как ярость моя пролилась на землю, и…

Он покачал головой.

— Я сделал все так, как ты и сказала.

— Молния пыталась остановить нас, но теперь…

— Теперь это пытаются сделать волчица и рысь, – Дарро коснулся моего носа своим. – И мой собственный страх – потому что я боюсь навредить тебе.

— Ты бы никогда…

— Я бы никогда, – он опустил подбородок и поцеловал меня.

Снова вздрогнул – будто бы сам не ожидал от себя такого. Наши губы слегка коснулись друг друга.

Дарро втянул ртом воздух.

Наши взгляды встретились. Я ждала, когда он отпрянет от меня. Отринет все то, чего мы так долго хотели.

Но… Дарро не отдалился от меня.

Он медленно, очень медленно прикрыл глаза и облизал линию моих губ. Я вздохнула и приоткрыла рот.

Его язык коснулся моего.

И весь накопившийся во мне жар взорвался. Все это желание.

Все разочарование, и отрицания, и истории… все это сгорело во вспышке обжигающей похоти.

— Блядь… – Дарро упал на меня, прижал к дереву. – Скажи, чтобы я остановился. Прошу, попроси меня остановиться.

Из спины его поднялась длинная хлесткая тень и отбросила Син и Зетас подальше, и мы остались в нашем личном маленьком мире, где коснуться нас мог лишь дождь.

Наши языки сплелись. И я сдалась.

Я забыла об ударах молнии и о поднимающихся из земли горах. Забыла о прошлом и будущем и обо всем, чем мы были и чем могли стать.

Я выбрала существовать лишь в это мгновение. С ним.

— Я люблю тебя, – прошептала я.

Дарро покрывал поцелуями мою челюсть и мое горло.

Он зарычал и уткнулся кулаками в кору дерева по обе стороны от моей головы.

— Я всегда любил тебя, – он задвигал бедрами, толкнулся в меня. – И всегда буду любить.

Я раздвинула ноги, чтобы ему было удобнее проскользнуть туда.

Дарро задрожал и снова поймал мой рот своим. Поцелуи его углубились – сладость превратилась в дикость.

Буря над нашими головами набиралась сил. Метка моя горела. Где-то на задворках разума гулял страх небесного наказания.

Но мне было все равно.

Все. Равно.

Я желала, желала, желала.

Я не позволю им это остановить.

Не позволю ни животным, ни стихиям остановить нас.

Я сдалась Дарро на милость и закричала, когда его руки начали развязывать жилы на моей одежде. Узлы ослабли и распались, и Дарро убрал с дороги мех, обнажив меня осенней прохладе, дождю и своей обжигающей мужской одержимости.

Он тоже сдался – перед магией между нами. Сдался, как и я.

Дарро приложил ладонь к моей правой груди и утробно застонал прямо мне в рот. Пальцы его сжали мой сосок – агрессивно, жадно. Плоть запульсировала от его прикосновений.

Он проглотил мой стон – я выгнула спину, отдавая ему все. Открыла рот пошире, чтобы вздохнуть, охнуть, но Дарро задушил меня потрясающе вкусным, темным поцелуем.