Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 244 – Пеппер Винтерс

Дарро прижал еще один горячий поцелуй к моим губам, и во мне поднялась волна яростного желания.

— Мне хотелось вырвать ему все внутренности и украсть тебя, унести подальше от всех них, – он сделал рваный вдох и прикусил мою нижнюю губу острыми зубами. – Блядь, я не мог на это смотреть!

Колени будто в воду обратились, а разум замер от этого агрессивного, но такого страстного слова. Дарро говорил не на пламенийском. И не на мертвом языке, который мы оба знали. Это было что-то иное. Что-то, в чем жила своя магия.

— Я хочу тебя. Я так сильно тебя хочу, – Дарро провел носом по моей шее, втянув носом воздух, запоминая меня. – Я хочу сорвать с тебя эту обертку, поставить на локти и колени и доказать всем, что ты – моя.

Голос его запылал.

— Я хочу тебя всем своим существом.

Я задрожала.

— Тогда возьми меня.

Изо рта его вырвался рык.

— Мне нужно увести тебя отсюда. Мы слишком близко к деревне. Я не знаю, куда мы отправимся, но я не оставлю тебя ему, – он откинул мои волосы со лба – пальцы его одновременно освежали и согревали. – Ты сказала, что тебя удерживало пламя. Что оно заставило тебя согласиться на наследие и помолвку.

Голос его помрачнел, тени его заострились.

— Меня поймал воздух. Я слышал его в своей голове, как слышал огонь, когда ты помогла мне тогда, у реки. Воздух связал меня невидимыми путами и спрятал на виду у всех. Не дал Зетас меня учуять – а она ведь могла бы. Воздух сказал, что лишь выполняет мою собственную просьбу. Нашу просьбу, – он покачал головой и пробормотал: – Мы должны вспомнить, Руна. Сейчас, не завтра. Мы должны вспомнить, потому что… я… я увидел кое-что, пока ждал, когда ты выйдешь из пламени. И это испугало меня.

— Что же ты увидел? – осторожно спросила я.

Хорошо, что Дарро меня сейчас обнимал.

— Кости. Кровать из костей.

— Что… что это значит?

— Я… – он нахмурился. – Я не знаю. Но одно я знаю точно: я сделаю все, что в моих силах, чтобы никто не причинил тебе вреда. Я никогда не сделаю тебе больно, Руна. Никогда. Ты ведь это понимаешь, не так ли? Что бы там ни говорили предзнаменования или другие существа… я никогда… блядь, никогда тебя не обижу. Это физически невозможно.

Его зубы сверкнули в лунном свете.

— Я скорее вырву собственное сердце, чем…

— Я знаю.

— Просто… не забывай об этом. Хорошо? – ноздри Дарро расширились – он был доволен. – Нам нужно бежать.

Он снова опустил взгляд на мои губы, словно не мог сдержать себя. Его пальцы вцепились мне в волосы – он притянул меня поближе.

— Мы в самом деле должны бежать…

По коже разбежались мурашки. Дарро склонил голову и снова прижал свои губы к моим, жарко, властно.

Он застонал – я ответила на поцелуй.

— Попроси меня остановиться, – простонал Дарро. – Скажи, чтобы я отвел тебя в безопасное место.

Но у моего языка нашлось куда более интересное занятие, чем слова.

Я хотела, чтобы Дарро раздел меня, возлег со мной и сделал все, что нужно для того, чтобы уничтожить связавшее меня кровавое проклятье. Мы могли бы сбежать… после. Могли бы исчезнуть… потом. А сейчас я должна была доказать всем молниям и клыкастым рысям, что ничто не остановит нас…

Погодите-ка.

Я оттолкнула Дарро и глянула на Зетас и Син. На хищниц с очень острыми зубами.

Зубами, которыми они не впились в нашу плоть, чтобы остановить нас.