Книга Обещана мертвому царю, страница 35 – Вера Ширай

А городская девица уже отворачивалась, разговор был окончен.

— Закрывай дверь, — бросила она через плечо. — Пар выпускаешь.

* * *

Пар уходил наружу белыми клочьями, будто сам дух Ивана Купалы отвернулся от нас. Дверь бани хлопнула, как крышка сундука, глупо и обидно.

Мы зашевелились разом. Кто-то торопливо натягивал рубаху, путаясь в завязках, кто-то хватал полотенце и прикрывался им, не глядя. Смех исчез, будто его и не было, осталась только неловкость, злость и холод, быстро заползающий под кожу.

— Вот и попарились… — пробормотала одна из девчонок, сердито завязывая пояс.

— День Ивана Купалы испортили, — отозвалась другая.

— А я говорила, — шепнула третья, не глядя на меня. — Не надо было…

Я почувствовала это сразу: взглядом мне сверлили спину. Кто-то вздохнул с укором, кто-то демонстративно отвернулся. Никто не сказал прямо, но они считали виноватой меня, и это чувство повисло в воздухе, липкое, как убежавший пар.

Мориса одевалась молча, резкими движениями. Губы у неё были сжаты в тонкую линию. Мира металась между лавками, помогала застегнуть завязки, подхватывала чьи-то упавшие ленты, но и она уже не шутила.

Мы вышли из бани почти бегом, но не гурьбой, как пришли, а по двое, по трое, будто каждая хотела поскорее раствориться в сумерках.

Мы с Мирой пошли вдвоём.

Она шагала быстро, почти подпрыгивая, потом вдруг сбавила шаг и хмыкнула:

— Эх плохая примета, лицо не омыли, да пар выпустили. Но оно стоило того.

Я всё ещё обдумывала эту странную встречу.

— Ну всё, Лиска. Теперь уж точно нечего скрывать. — канючила она.

Я остановилась.

— Что скрывать? — искренне не поняла я. — Мира, ты о чём? Ну да… меня приняли за водяницу. Ну да, мужики не спали ночь. Но я-то при чём? Я что ли виновата, что взрослый мужик упился до беспамятства? А его князь, глава дружины, остановил неугомонного от преступления?

Мира рассмеялась — легко, но как-то слишком понимающе.

— Ой, да не про это я. Хотя и про это тоже… Ты что, правда не знаешь?

Я нахмурилась.

— Чего не знаю?

— Талиса, — сказала она с нажимом. — Та самая. Она с отцом приехала. Купец он, богатый. У них там… разговоры. Про брак. Договорной, говорят. А кто-то шепчет, что князь к ней уже и сватался.

Я замерла.

— И что?

— А то, — Мира пожала плечами, — что князь Муром с дружиной сейчас по деревням ходит, нечисть они ищут. Вот и сюда занесло. Говорят, будущие супруги толком и не видели друг друга. Не могли, что ли, жених с невестой в другом месте друг друга узнавать? Нет, им тут понадобилось. Праздник, Купала, всё удобно.

Она помолчала пару шагов, потом добавила, уже тише:

— А ещё… Мать моя к старосте в дом помогать вызвалась. Завтраки, ужины: гостей-то много. Так вот… князь каждый раз про тебя спрашивал.

Я резко посмотрела на неё.

— Про меня?

— Про тебя, — кивнула Мира. — Кто родители? Где они? Даже спрашивал, могилку посмотреть… Ну, про мать твою, ты понимаешь. — она запнулась.

— Давно ли вы здесь с бабкой да дедом. Про волосы твои: особенно интересовался. А после нападения корчунов, снова о тебе заговорил. Сколько тебе лет, чем занимаешься, как давно в деревне. С таким… любопытством расспрашивал. Вот же зацепила ты мужика.

— Нет, Мира. Я унизила самого князя Драгана Мурома и дружинника его. — выдохнула я устало.