Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 25 – Tommy Glub

У самой кушетки он останавливается, тяжело опускает голову, будто разрешая мне опереться на него. Его шерсть грубоватая, но тёплая, и в тот момент, когда я касаюсь его, боль в боку чуть отступает.

Маркус с интересом наблюдает за мной и моим яблоком. Его глаза, тёмные и глубокие, следят за каждым движением моей руки. Когда я подношу яблоко к губам, он наклоняет голову, переводя взгляд то на меня, то на фрукт.

Я смеюсь тихо, почти про себя, и откусываю небольшой кусок. Затем протягиваю яблоко ему. Он осторожно, почти деликатно, берёт его своими огромными клыками, и кусок тут же исчезает в его пасти. На мгновение он замирает, словно оценивая вкус, а затем поднимает взгляд на меня, будто спрашивая, не получит ли он ещё.

— Ну уж нет, — шепчу я с улыбкой, откусывая следующий кусок для себя. — Остальное моё.

Маркус лишь тихо фыркает, словно понимая всё, что я сказала, и остаётся стоять рядом, не отводя от меня своих внимательных глаз.

— Ох и бестыдник! — Сайра, так звали эту женщину, рассмеялась, занятая аппаратами. Её голос звучит живо, весело. Её смех, кажется, наполняет комнату теплом. — Он любит кушать много и всё подряд. Потому и не отходил от нас, пока ты ела суп, а теперь и яблоко.

Она смеётся снова, глядя на Маркуса, который сидит неподалёку, будто ожидая, что ему снова перепадёт лакомый кусочек. Его мощное тело выглядит внушительно, но в этот момент он больше похож на огромного ребёнка, заглядывающегося на чужое угощение.

— Но не балуй его, — предупреждает Сайра, отрываясь от своего дела и бросая на меня внимательный взгляд. — Не то Керн будет злиться.

Я сглатываю.

— Кто? — спрашиваю осторожно, напрягаясь.

— Как это? Эти оболтусы даже не представились? — Сайра фыркает, хмурится, но в глазах всё ещё играют тёплые искры. — Господи, и что вы только делали эти два дня в пути?

Я чувствую, как жар заливает мои щеки. Что мы делали? Очевидно, я была без сознания, но всё равно её вопрос вызывает во мне странную неловкость.

— Тебя в рыбацкий посёлочек принесли без сознания наши двое лазутчика, — продолжает она, переключаясь обратно на приборы. Её руки двигаются быстро, ловко, будто она всё это делает уже много лет. — Мы видели, как твоя капсула падала. Сначала был яркий свет, а потом — тихий взрыв. Честно говоря, мы не думали, что кто-то вообще мог выжить.

Я замираю, вспоминая обрывки того, что произошло. Падение, ощущение ужаса, а затем пустота.

— Ну вот, Керн и Арон принесли тебя вниз, но там нет возможности нормально согреться. И нет медиков, там только рыбацкие склады, да снасти, — Сайра продолжает, её голос становится чуть мягче. — Они долго сомневались, стоит ли поднимать тебя в основную Северную деревню. Но, как видишь, ты у меня. Значит, всё-таки решили рискнуть.

Я бросаю взгляд на Маркуса. Он теперь тихо лежит у стены, его массивное тело медленно поднимается и опускается на каждом вдохе и выдохе.

— Я ничего не понимаю.

Слова срываются с моих губ почти шёпотом.

— Как хорошо, что ты ничего не понимаешь, — звучит в стороне низкий, чуть хриплый голос. Я поворачиваю голову и вижу мужчину, который, видимо, и есть Керн. Тот, что постарше. Он уверенно проходит через комнату, глухо ступая на скрипящие половички.

Маркус тут же оживляется, весело виляет хвостом и радостно подаётся навстречу Керну, который треплет его за ухом.