Книга Сердце Снежной королевы, страница 6 – Эва Гринерс

После этого я почти моментально провалилась в сон и больше уже ничего не слышала.

В следующее своё пробуждение, я сразу отметила тишину, никаких бредовых голосов. Тем не менее, открыв глаза, я поняла: то, что я вижу, тоже более чем странно.

Потолок был плоский, а стены бревенчатые и наклонные, поэтому создавалось ощущение купола над головой. На стенах развешаны шкуры и самотканные коврики из шерсти и травы. Посередине довольно обширного жилища очаг с пылающим в нём огнем. Выше него протянуты балки, на которых висела чья-то одежда, на других — хозяйственная утварь.

По периметру располагалось несколько лежанок. Три небольших окошка, покрытых толстым слоем льда. В них играли, отражаясь, язычки пламени. Пол земляной.

Конечно же я узнала балаган. Сто раз видела и фотографии, и рисунки, и документальные фильмы. Просто поверить в это было невозможно. Ну как бы я могла оказаться в балагане? Однако, голова была ясной. Не похоже было, что я свихнулась. Хотя, смотря насколько сильно ударилась.

Попытавшись приподняться, я ощутила ту самую боль. Как будто кожу живьем содрали. Судя по симптомам, которые я знала в теории наизусть, это были обморожения.

И вот этого уж точно никак не могло быть: я на улицу уже много лет не выходила.

От двери послышался голос. Я не заметила, как вошел хозяин.

— Лежи, не вставай. Я тебя примочками обложил, чтобы шрамов не осталось. Сильно обморозилась.

Пораженная, я молчала, не зная, как реагировать.

— Ты, Аяна, больше не вздумай от меня бегать. Мачеха тебя не примет обратно, ни один дом не примет. Будешь у меня под порогом замерзать, и я не впущу, — он хотел еще продолжать свою речь, однако за стенами дома послышались голоса и лай собак. Мужчина вышел, а я так и осталась лежать, открывая беззвучно рот от изумления.

Поскольку я почти что пришла в себя, не считая болевых ощущений по всему телу, то отчетливо понимала, что обращался мужчина именно ко мне. А значит и раньше они с этой сварливой Сырзой говорили тоже обо мне.

Это выглядело как бред сумасшедшего, но мой аналитический ум оперировал языком фактов. Уже примерно предполагая, что увижу, я, стараясь не поддаваться панике, которая ничем бы мне сейчас не помогла, опустила глаза вниз.

Даже под толстым одеялом было видно, что тело моё внезапно стало очень худеньким. Наверное, такой я была, только когда вышла замуж. Потом, после аварии, уже никогда.

Сделав усилие, я откинула одеяло, обратив внимание на свои тонкие, но крепкие руки. Под одеялом в полотняной влажной рубашке лежало незнакомое юное женское тело. И тем не менее, оно принадлежало мне. Я жила в нём, дышала и двигалась. А еще на открытых участках были видны обморожения и ощущалась неслабая такая боль. Однозначно, это была я.

Прикусив губу, я осторожно, чтобы не сдвинуть повязки, вернула одеяло обратно. Наверное, если бы я не имела отношения к науке, отреагировала бы истерикой. Уж больно невероятное открытие. Но я привыкла анализировать факты и версии. И никогда раньше не говорила “этого не может быть”. Да может быть всё! Какие только дичайшие теории не находили подтверждения в последствии. Знать бы, что с этим всем теперь делать и как жить. Я даже не знала, надолго ли со мной эта трансформация. Может, вообще, я сейчас моргну и очнусь в своём старом, скрипучем и искалеченном теле.