Книга Сердце Снежной королевы, страница 5 – Эва Гринерс

Я только и успела бросить последний взгляд на Мишу, обхватить рюкзак и закрыть глаза. Плотно, изо всех сил. Желудок придавило изнутри вверх, закрутило, затошнило. Свет померк, когда наш вертолет врезался носом в одну из зеленых волн. Взметнув лопастями изумрудные брызги, он захлебнулся и упал камешком на дно…

* * *

… Летя со стремянки, я словно вернулась в тот день почти сорок пять лет назад. Желудок так же сжался, а в глазах потемнело. Как я упала на пол, ударившись о край стола, уже не почувствовала.

— Послушай, Сырза. Ты сказала, что с девчонкой проблем не будет. Что будет слушаться. Я тебе хорошо заплатил, еще за красоту добавил. А она, как дикая, в тайгу убежала.

Голос, старческий и сиплый, принадлежал мужчине. В ответ ему раздался женский — скандальный и визгливый. Однако, в нем чувствовался и страх.

— Ты, Уайбан, хочешь лечить — лечи, не хочешь — не лечи. А деньги возвращать я тебе не буду. Пусть хоть помрет тут у тебя. Значит, напугал ты её чем-то. Когда это от хороших мужей жёны убегали! Я самую видную дочь тебе отдала! Ты честь по чести расплатился при старейшинах, а теперь обратно плату требуешь!

Она говорила и говорила, тараторила без умолку, и я на несколько минут отвлеклась от того, что всё тело страшно болит и горит. И вообще, где я?

Глаза не открывались, как будто налитые свинцом. Руками и ногами пошевелить я тоже не могла. На меня словно бетонную плиту положили, причем колючую, как стекловата. Ощущения были отвратительные, и я попыталась привлечь к себе внимание. Простонать у меня получилось.

Голоса стихли. Несколько секунд длилось молчание, только звук потрескивающих дров слышался.

Я пока что ничего не понимала, просто хотелось глотнуть воздуха и чуть-чуть прохлады.

На моё лицо упала тень, а затем мне бесцеремонно раскрыли шершавыми пальцами сначала один глаз, потом второй. Разглядеть я ничего не успела: зрение не фокусировалось.

Зато с меня одним движением сорвали отвратительное одеяло. И хотя в помещении было страшно жарко, мне всё равно стало легче. Тело как будто прохладной волной обдало. Я с наслаждением стала вдыхать глубоко.

— Красавица… — непонятно кому сказал старик. Наверное, подозвал женщину, которая с ним спорила. Судя по звукам, та подошла ближе.

— Я же говорила, что ты не продешевил, — чуть хвастливо подтвердила она, — а то первый день узнал, что краше нашей Аяны в стойбище не найдёшь.

— Ещё бы немного, и не было бы вашей Аяны, — проворчал мужчина. — Наши хотели прямо там в тайге похоронить: она уж окоченела. Да меня испугались и решили принести. А ты за лечение платить не хочешь. Всё равно она — белая ворона среди других, и столько денег за неё ты бы не получила, неблагодарная. Стыдно, Сырза! Понос прохватит и тебя, и всех твоих ребятишек. Иди!

Женщина проворчала, что душа её чиста, ни в чем она не провинилась, и поспешно ушуршала за дверной полог.

Я воспринимала их разговор, как плод моего воспалённого сознания. Мне было очень плохо, и теперь я хотела только одного: провалиться обратно в сон, чтобы не чувствовать дикой боли во всём теле. Крепко же я разбилась. Интересно, кто меня нашел? Наверное, Светочка подняла тревогу…

В мой рот неожиданно всунули носик какого-то глиняного сосуда, и в горло полилось теплое травяное питьё. Я глотала жадно, захлёбываясь. Оказывается, мне страшно хотелось пить.