Книга И вырастут крылья, страница 59 – Татьяна Кадуцкая

— …На Земле большинство людей верит в одного бога, – начала рассказывать кошка. – Единый Бог – творец всего сущего… Углядеть одному за целым миром непросто. Поэтому у него есть помощники. Они не люди и не боги. Внешне похожи на обычных смертных, но с чистыми, безгрешными душами. Они не ведают ненависти, зависти, злости… Небесные хранители. А к небесам их поднимают крылья.

Я, кажется, начала догадываться, что к чему. Ещё раз внимательно посмотрела на подвеску. Калина задумчиво поглаживала золотые крылышки.

— …Их называют ангелами – божьими вестниками.

— Ангел… Ангелина… – уловить схожесть слов мне было нетрудно. – Я так понимаю, это – те самые крылья?

— Да, – кивнула кошка и как-то странно глянула на меня. – Но это не всё… – она сглотнула, как будто собиралась признаться в чём-то. – Однажды на Земле я встретила женщину из бродячего народа.

— Намадка?

— Нет, но они похожи на наших намадов, – оборотница повела плечом, – любовью к веселью и золоту точно. На Земле их называют цыгане. Та женщина сказала кое-что странное. Тогда мне показалось, что это чушь, лишь бы запутать меня и выманить больше денег. И только недавно, оказавшись в Управлении, я поняла, что имела в виду цыганка, – Калина посмотрела на мою дочку. – Она сказала, что я должна подарить крылья такому же ангелу, как я.

— Линнель?

— Да, – кошка надела на девочку подвеску. – Линнель – это Ангелина. И она, как и я, иномирянка.

Я молчала, переваривая услышанное. Калина никогда не рассказывала о своей жизни на Земле. Или говорила в общих чертах, после чего появлялось ощущение, что она не в чужом запретном мире находилась, а в соседнем городе. И вот сегодня такое признание. А самое главное: я понимала, что фири-гахум оказала мне доверие. Честно, для меня оно значило куда больше, чем украшение с бриллиантами.

В лечцентр я зашла уже по пути домой. С Лукой Станевым мы быстро нашли замену нашему лекарю (честно говоря, я просто согласно кивнула, не рискнув спорить с угрюмым оборотнем). А потом заглянула к Зарецкому. Он был занят, но попросил подождать. Я присела на свободное кресло, чувствуя некую расслабленность. После салона красоты ощущала себя обновлённой, а голову лёгкой. Тряхнула волосами, любуясь своим отражением в стеклянной двери. Почувствовав чей-то взгляд, обернулась. На меня с неприкрытой неприязнью смотрела медсестра. Опа! Это ещё что такое? Но когда я снова глянула на неё, увидела вежливую маску с резиновой улыбкой. Может, показалось?.. Я уткнулась в гилайон. А через минут пять меня позвал Фёдор.

— Даша, заходи.

Снова перехватила цепкий взгляд той самой медсестры. Да что такое?

— Даша!!!

Зарецкий терпением не отличался.

— Привет, Федя! – я заглянула в кабинет.

— Рад тебя видеть, журавлик! – лекарь улыбнулся. – Неужели и ты соскучилась?

— Убирай свой павлиний хвост, позёр! – одёрнула этого шутника и вытащила рисунок. – Лина скучала. Она нарисовала для тебя.

Это морда просияла!

— Во-от! Бери пример с ребёнка!

К чему он это ляпнул, я так и не поняла! Да и ладно! Разбираться в лабиринтах Фединого троллинга не было ни сил, ни желания!

— Бабочки? – улыбка мужчины поменялась: из насмешливой стала доброй.

Я не удивилась. Как бы Зарецкий ни относился ко мне, но Линнель он жалел.

— Да, Лина помнит, как ты колдовал для неё.