Онлайн книга «И вырастут крылья»
|
Три года назад Воронцов выбрал трон и принцессу. И ошибся. Сегодня, СЕЙЧАС он, наконец, признал это. Виктория заметила, что осталась одна, и заозиралась. Но увидела только мужскую спину. — Артемий!? Ты куда?.. – она бросилась за ним. – Вернись немедленно! Что ты себе позволяешь? Воронцов криво усмехнулся: — Извини! Но я двое суток не спал, зачищая блуждающие порталы с Камингаваном. Я устал… А ты веселись! Уверен, мне быстро найдётся замена, – он кивнул на спешащего к ним мага и склонил голову в вежливом поклоне. – Честь имею… ваше высочество! Через неделю Артемий Воронцов отправился в далёкий Камингаван восстанавливать Ласангскую колонию после недавних разрушений. Эпилог 2 Полгода спустя — Та-ак! … Я передумала!.. Федя, пойдём домой! — Лежать! Зарецкий уверенно вернул меня в горизонтальное положение и продолжал держать за руку… Или сам за меня держался, судя по белому лицу и совершенно дикому взгляду. Почувствовав приближающуюся схватку, я поморщилась. Тьма, больно-то как! — Ладушка, помоги-и-и! — Дыши, Даша!.. Раз-два!.. Дыши! Раз-два!.. Можешь ругать меня! Говорят, это помогает!.. Какое ругать? У меня схватки были уже такие, что только стонать и получалось. — …Я с тобой, Даша!.. Дыши! Раз-два!.. Ох, как бы заткнуть любимого мужа! — Ой!.. – я притянула Зарецкого к себе и зашептала: – Федь, я, кажется, в туалет хочу… — Ты родить хочешь, дурочка, – мужчина сглотнул. – Это потуги. В наш диалог вмешался акушер, до этого спокойно наблюдающий за процессом. — Рано!.. Продыши потугу. И мы дышали, пока не пришла очередная схватка, и лекарь велел: — Вот сейчас тужься! Я сжала кулаки. Тужилась и орала так, что стёкла звенели. Федя, наблюдая за процессом, взбледнул ещё больше. Точно объедет сейчас! — Дашунечка!.. Миленькая!.. Постарайся! Меня разобрало зло! — Заткнись, Зарецкий! — Затыкаюсь! – послушно кивнул он, глядя… ну, прямо туда, где работал акушер. Очередная потуга! Твою ж мать! … Мне казалось, я сейчас разойдусь по швам! — Больно-о-о!!! — Хорошо!.. Очень хорошо! – бормотал лекарь. — Какое, нахр. н, хорошо?! – вызверилась я на мужчину. — Не ругайся при ребёнке! – хрипло попросил Федя. — А ты вообще заткнись!.. Если бы не ты… А-а-а-а!!! — Вижу головку!.. Пошла! — Не надо-а-а-а!!! «И чего так орала?!» – думала я спустя полчаса. Прижимала к груди своего малыша, трогала крохотные пальчики и млела от нежности. — Солнышко моё! – ворковала я, глядя на маленькие губочки. Сынок. Сыночек. Ещё в смазке, сморщенный, с отёкшими глазками, со склеенными светлыми волосиками, он лежал на мне, слушая моё сердце. Федя затаил дыхание, разглядывая нашего ребёнка. У мужа едва заметно, но тряслись руки, когда он осторожно коснулся малыша. — Дашка, это мы с тобой… Это сын… Мой… — Поздравляю, папа! — Ага… Я вздрогнула от грохота упавшего тела и недоверчиво посмотрела на своего акушера. Тот равнодушно глянул куда-то вниз. — Красиво лежит! Хоть снимай! И я встрепенулась. Это мой шанс! — Сделайте магоснимок, пожалуйста! Будьте другом! – взмолилась я. Лекарь сокрушённо вздохнул, но кивнул медсестре. Та, посмеиваясь, щёлкнула камерой и подошла ко мне. Я посмотрела на магоснимок, прижала малыша к себе и захохотала: — Сынуля, мы это сделали! — Что? – поинтересовался лекарь, пока медсестра приводила Зарецкого в чувство. — Федя недавно бахвалился перед друзьями, что последнее слово всегда за ним и нет ситуации, которая выбила бы его из колеи, – я весело глянула на мужа в полуобморочном состоянии и поцеловала сына: – Наконец-то у нас есть компромат на нашего непрошибаемого папочку! ВСЕ |