Книга Совушка, страница 96 – Татьяна Кадуцкая

Керрингтон покачал головой.

— Не обесценивай дружескую помощь и поддержку. А на эти деньги купишь следующую порцию. Зима только началась.

— Я чувствую себя обязанной, - упрямилась оборотница. - А я этого не хочу!

Джейкоб разозлился. Когда сова снова отказалась забрать деньги, он догнал её у двери и почти грубо сунул в руки смятые купюры.

— Я всего лишь хотел помочь! Я никогда не покупал себе ни друзей, ни женщин! Ты оскорбляешь меня, считая иначе!

И Сидни смирилась, увидев другого Керрингтона. Такой и правда мог прийти в штаб и начистить клюв кому угодно, хоть кене-рину (высшее воинское звание – Прим. авт.).

А тем временем наступила настоящая зима, с сугробами и трескучими морозами. Воинская часть стала похожа на большой снежный гриб. Бедные служащие не успевали расчищать дорожки: снег всё падал и падал. Стоило ступить в сторону с проложенного пути, и можно было провалиться по колено. В метели Сидни часто сидела перед окном с кружкой горячего чая, слушала завывание ветра и наблюдала за снежными вихрями. А на подоконнике уже поселилась стопка книг и вазочка с конфетами.

Сегодня девушка тоже стояла у окна, но смотрела не на метель, а на Эрла с большой елью на плече. Оборотень медленно продвигался в сторону административных зданий, а следом привычно семенил Кевин. Парни заметили сову и замахали руками. А когда девушка выглянула в приоткрытое окно, прокричали:

— Приходи завтра после патруля! Будет весело! Песни, танцы!

— Да-да, - поддакивал другу Кевин. – Оркестр в малом составе тоже обещал быть.

— В смысле? – не поняла Сидни.

— Я с кутуром, а Эрл с микрофоном, - усмехнулся авилак.

— Клоуны! – девушка покачала головой.

Друзья, посмеиваясь, пошли дальше, обсуждая, как будут устанавливать йолльское дерево. Сова не удержалась от улыбки, когда ель мазнула верхушкой по лицу Кевина, и тот, поскользнувшись, рухнул в сугроб, спрятавшись с головой. Сначала было тихо, а потом из снега показалась задранная вверх нога, и послышалось громкое «тону-у-у!» Эрл протянул хохочущему приятелю руку и помог подняться. Эта неразлучная парочка постоянно была на позитиве и поднимала настроение всем. Сидни порой завидовала той лёгкости, с которой авилаки принимали любые события в жизни, помогая и поддерживая друг друга. Было дело, и оборотница подозревала, что Эрл и Кевин больше чем друзья, но как-то раз увидела их в городе в компании симпатичных девушек. И, понаблюдав некоторое время, убедилась, что с ориентацией там полный порядок. В мужественности парней сомневаться не приходилось.

Сидни глянула на светло-серое небо, щедро посыпающее землю снежинками.

— Йолль!

Наверное, только увидев Эрла с елью, сова в полной мере осознала, что наступил поворот года. Этот праздник она любила ещё с детства. Он был добрый и весёлый, а ещё дарил ожидание чего-то светлого, веру в чудо.

Следующим вечером, облетая территорию, оборотница буквально заставляла себя собраться и искать злоумышленников, а не любоваться заснеженным лесом. А любоваться было чем! Тучи разошлись, и на небе засияли две луны, превратив белое покрывало в драгоценные, сверкающие бриллианты. Деревья укутались в пушистые шубы и уснули. Тонкие берёзы под весом снега согнулись до земли, превратившись в сказочные арки. Нигде ни души! Только несколько чёрных волков бежало по лесу. Заметив летящую птицу, они остановились и выжидающе подняли морды. Сова опустилась ниже, сделала приветственный круг, и дозорные направились в разные стороны. Керрингтон оказался прав, Чёрных волков здесь было много. Но они с авилаками не мешали друг другу. А за четыре месяца привыкли и к «ночнику».