Книга Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1, страница 159 – eclair

Мы с Рупертом шли вдвоем по пустынным ночным улицам по направлению к дворцу, и я все еще продолжала тихо давиться всхлипами и слезами, переживая произошедшее. Наконец Руперт, шедший чуть впереди, резко обернулся.

— Хватит! – отрывисто сказал он.

Луна светила достаточно ярко, чтобы я могла отчетливо прочитать раздражение на его красивом лице. Откуда ни возьмись, налетел ветерок, остужая мои горящие щеки, и растрепал кудри Руперта, которые в свете луны отливали белым золотом. Нервным движением принц отбросил их за плечо – и я смотрела на него не отрываясь, а затем покаянно склонила голову:

— П-простите.

— Реветь тебе не к лицу, – раздраженно произнес он.

Я поняла, что Руперт бросит меня посреди этой улицы, если я еще хоть раз всхлипну, – и зажала себе рот рукой, впрочем, не забыв закатить глаза в ответ на очередную грубость.

Руперт, однако, на меня не смотрел. Отвернувшись, он разглядывал канал, который тек параллельно улице. Через него перекинулись несколько маленьких мостиков. Черные воды канала загадочно мерцали в лунном свете – и весь он вдруг показался мне огромной волшебной рыбой с сияющей чешуей. Голова ее утыкалась в холм, хорошо заметный из любой точки города. А на холме, взирая на город с высоты, стоял Красный дворец – бьющееся сердце Бельфернийской империи, куда мы сейчас направлялись.

Я смотрела на Руперта, пока он любовался лунными бликами на воде, и на мгновение мне показалось, что все это нереально, не по-настоящему. Я очутилась в волшебной сказке, а Руперт стал прекрасным, нездешним сказочным принцем. Но я вовсе не ждала принца в своей жизни!

Впрочем, хотя Руперт и по титулу, и по внешности заслуживал, чтобы его так называли, мне подумалось, что он больше похож на какого-нибудь лесного духа, который чародейством завлекает к себе людей. Я решила так вовсе не потому, что ненавидела его. Просто от одного взгляда в его красивые, но такие холодные глаза становилось понятно, что спасать принцессу из башни он точно не будет. Скорее уж сам заманит ее в какой-нибудь заколдованный лес и там сожрет.

Почувствовав на себе мой взгляд, Руперт обернулся – а я, словно заколдованная, все смотрела на него, падая в зеленую холодную бездну его глаз. В голове у меня по кругу вертелась одна-единственная мысль: что же теперь делать, если меня угораздило повстречаться с лесным духом?

Несколько мгновений мы оба молчали. Затем Руперт разомкнул губы и хрипло сказал:

— Ты…

Потом он замолк. Подобная нерешительность была так несвойственна Руперту, что я даже замерла от удивления. Я ждала, что он продолжит, но он молчал, только отвел взгляд и рассеянно пнул камешек с края дороги прямо в канал. Тихо булькнув, тот канул в черную воду, только круги разошлись. Они все ширились, росли, и каждый был больше предыдущего – причем от одного только маленького камешка.

Лишь когда вода канала вновь стала гладкой как стекло, Руперт заговорил:

— Он не… тронул тебя?

— А? – глупо спросила я, не сразу поняв, что он имеет в виду.

Принц, в свою очередь, дернул головой, словно ему не хватало воздуха, и раздраженно рванул шелковую ленту, которой был завязан его воротник. Он всегда носил удушающе высокие воротники на всех платьях принцессы Лаперты, чтобы скрывать под ними кадык – слишком явное свидетельство его мужественности. Сейчас же ворот был расстегнут – и даже в одеянии принцессы Руперт сразу стал выглядеть как мальчишка. Растрепанный паренек, зачем-то нацепивший женское платье.