Книга Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1, страница 157 – eclair

— Да почему ты плачешь-то! – раздраженно воскликнул принц.

— Ы-ы-ы-ы, – прорыдала я, не в силах сказать ничего более внятного.

— Ни слова не понимаю, – разозлился он.

А я была счастлива, что он пришел, – и вместе с тем мне хотелось отхлестать себя по щекам: такое сильное облегчение я испытала, когда он оказался рядом. Конечно, я с самого начала знала, что мне необходимо покровительство Руперта, и потому покорно отдала себя под его власть. Но от этого подчинения мне всегда было тошно. Прямо как сейчас, когда я вынуждена была принять помощь врага, попав в беду, причем даже не ради де Белуа, а исключительно по собственной глупости.

Мне стало так стыдно и противно от себя, что я не могла поднять на Руперта глаз. Какая же я бесполезная! Даже не сумела разузнать, по какой причине эти люди хотели поссорить де Белуа и де Венсанов. Да что там – сбежать от них не смогла, не говоря уже о том, как глупо попалась, когда пошла бродить ночью по столице без оружия и охраны. «О небеса, – с горечью думала я, – поверните время вспять. Пусть вместо меня в прошлое вернутся отец или Луан – от них было бы больше толку! Зачем вы выбрали меня, я же полное ничтожество!»

Я чувствовала на себе взгляд Руперта и интуитивно знала, что он исполнен презрения.

— Ну хватит уже, – отрывисто сказал он.

В ответ я лишь бессильно всхлипнула. Конечно, сейчас, когда я показала себя такой бесполезной обузой, его раздражает звук моего голоса, не то что плач! И тем не менее, несмотря на то что мое лицо уже опухло от слез, Руперт, кажется, не торопился высмеивать меня в своей обычной едкой манере. Когда я с опаской подняла глаза, то увидела, что он, как прежде, сидит передо мной на корточках, глядя по обыкновению бесстрастно.

— Больно? – вдруг спросил он.

Я продолжала давиться слезами, не в силах ответить.

— Все же хорошо кончилось! – сердито рявкнул он. – Зачем реветь?!

Раздраженно фыркнув и не вставая с корточек, он вытащил откуда-то из кармана своих юбок дорогой батистовый носовой платок, покрытый изящной вышивкой. У меня невольно вырвался истерический смешок – таким забавным показался этот контраст позы Руперта, присущей уличному оборванцу, и надушенного дамского платочка в его руках.

— Я, кажется, велел тебе перестать реветь, а не начинать хихикать, – раздраженно заявил он, заломив бровь. Принц явно не понимал причины моего веселья.

— В-вы так смешно сидите н-на корточках, – попыталась объяснить я.

Руперт вновь фыркнул и внезапно сунул платок мне под нос:

— Сморкайся!

— Что? – удивилась я из-под платка.

— Прочисти нос, – раздраженно велел он. – Ну!

Белый платок теперь уже закрывал почти весь обзор – так близко Руперт поднес его к моему лицу. Затем через него он обхватил мой нос твердыми пальцами, и мне не оставалось ничего иного, как послушно высморкаться. Конечно, в почти четырнадцатилетнем возрасте я уже не была ребенком, чтобы со мной так обращались, тем более на самом деле мне было больше восемнадцати. Но Руперт смотрел так яростно, что, не подчинись я его приказу, он, пожалуй, открутил бы мне нос за неповиновение. После того как я добросовестно выполнила его приказание, мне оставалось ожидать лишь его язвительных замечаний, но принц против ожидания бросил платок на пол.

— С чего ты взяла, что я не приду? – выдержав паузу, отрывисто спросил он.