Книга Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон, страница 140 – Тала Тоцка

Или просто тихо и незаметно сошла с ума.

Артур с тревогой смотрит на мать, затем переводит взгляд на пожилого человека. Тот одной рукой опирается на заботливо поддерживающего его Семена, другой на палку.

Лазаренко подводит старичка к крыльцу, они останавливаются напротив Авроры. Та опускает голову и закрывает лицо ладонями.

— Зина, — зовет старик, — дочка, это ты? Я не так хорошо вижу, как раньше. Надо и на втором глазу операцию делать, но Галя заболела, не до того было.

Аврора вздрагивает и кивает, не отнимая ладони от лица.

— Да, это я, папа…

— А мне вот этот молодой человек сказал, что ты хочешь меня видеть. Мама умерла, Зин, что ж ты не приехала? Она так тебя ждала! — качает головой старичок.

— Как умерла? — шепчет Аврора и, наконец, поднимает голову.

По ее щекам текут слезы. Сзади раздается тяжелый вздох — это Стефка, она, как и я, поняла, кого привез заместитель Ямпольского. Артур кажется закаменевшим, в его глазах шок и ужас. Незаметно пододвигаюсь к нему и обхватываю ладонями его руку.

Тагаев в ответ сжимает пальца так, что я чуть не взвизгиваю от боли.

— Кто вы? — спрашивает он, а потом переводит глаза на Аврору. Или на… Зину? — Мама?..

— Знакомьтесь, Артур Асланович, — отвечает вместо нее Семен, — это ваш дедушка, Аркадий Петрович Безручко.

— А как же… — Артур мечется взглядом между матерью и стариком, — ты же Потоцкая? Ты столько раз мне говорила… эти бумаги, гербы, графиня Потоцкая… Значит, это все неправда? — а потом потрясенно восклицает: — Зачем, мама?

— Аврора Аркадьевна, — говорит Лазаренко, — вам большой привет от Арсена Павловича Ямпольского.

Аврора вскидывает невидящие глаза на Семена и неожиданно рявкает с незнакомыми, истеричными нотками.

— Да, не Аврора я, Зинаида, слышал же? Зинаида! И никакая не Потоцкая, а Безручко. Только он чего лезет, не понимаю? Что ему до того, этому вашему Ямпольскому?

— Да ничего, — пожимает плечами Семен, — любит Арсен Павлович, когда по справедливости. И чтобы у детей дедушка был, коль им с бабкой не повезло.

Мне тяжело смотреть на Артура. Он не сводит глаз со своего деда — если, конечно, это все правда, и мне это не снится.

Аркадий Петрович протягивает руку к Артуру, тот выпускает мои ладони и делает шаг к старику.

— Вы правда мой дедушка? — сейчас он так напоминает Давида, что мне становится больно.

— А ты Артур? — улыбается ему дед. — Какой же красавец, вылитый отец!

— Откуда… — вскидывает посеревшее, осунувшееся лицо Аврора. — Откуда ты знаешь, какой был Аслан, папа?

— Ну как же, дочка, — удивленно отвечает Аркадий Петрович и опирается на Артура, — помоги мне, внучек…

Артур помогает ему сесть на ступеньку возле матери и становится рядом, молча глядя на обоих.

— Конечно знаю! Хороший он был, Аслан твой, добрый. Он и сам к нам приезжал, и помощников своих присылал. Все хорошие такие, помогали нам с Галей. Дом новый построили, и в доме все сделали.

— Я высылала вам деньги, — снова прячет лицо за ладонями Аврора.

— Высылала, доченька, спасибо тебе, — соглашается дед, — но мы скучали по тебе, особенно мать. Что нам дом, когда там ни детей, ни внуков? А он нам то фотографии пришлет, то подарочки. Я Гале говорил, что это от тебя, она так радовалась!

— Значит, он все знал, папа? — поворачивает к нему потрясенное лицо Аврора. — Знал и ничего не говорил?