Книга Пойманная в капкан, страница 110 – Юлия Герман

Меня признали наследницей состояния мужа. Дальше наступила череда предварительных слушаний. После оглашения завещания, на меня налетели со всех сторон: проверки страховых агентов, опять же исключали вероятность моей причастности к гибели Володи, но записи в медицинских картах о побоях и психическом состоянии, исключили меня из подозреваемых. Помог и личный помощник Вовы, доказавший, что меня насильно удерживали в плену и у меня не было никакой связи с внешним миром.

Жизнь в Лос-Анджелесе превратилась в беспросветный кошмар. Я нуждалась в поддержке, близком человеке рядом, иначе я могла просто не выдержать всего того, что обрушилось на меня. Получив краткую передышку между судами я полетела домой, к родителям.

Никогда еще так не радовалась стеле с названием родного города. Смотрела на знакомые с детства улицы, на серые дома, разбавленные яркими новостройками и сердце сжималось от боли и тоски. До самого дома родителей плакала от облегчения, что оставила за плечами ад на чужбине. Как никогда ясно ощущала близость с этим городом. Вот мой дом, а не тот, где меня годами ломали, превращая совершенно в другого человека.

Встреча с родителями вышла трогательной и как бы сказала моя подруга детства «на разрыв». Обнимала таких родных и любимых, обливаясь слезами. Пусть и не видела их меньше года, а казалось, что прошла целая вечность, сумевшая перевернуть мою жизнь с ног на голову.

Кажется, близкие даже выдохнули, когда я сказала, что задержусь дома. Перед смертью Володи я практически не выходила на связь. Они волновались, чувствовали происходит что-то неладное, но не могли получить от меня честного ответа. Теперь же они радовались, что все обошлось. Мысленно благодарила их за то, что не расспрашивали меня о Владимире и его смерти. Никто даже не посмел упрекнуть о том, что свадьба прошла без родителей. Вообще ни о чем не спрашивали. Радовались возможности провести время вместе. А позже, когда смогу, я сама расскажу им об Алане и ребенке.

Только дома я смогла задуматься о своем положении. Последние события вымотали меня физически и морально, определенно отложив след на здоровье. Знала что истощена и впервые, наплевав на диеты позволила себе есть любимую мамину и бабушкину еду, не сдерживаясь, и вообще вела себя так, как не решалась долгие годы. Спала, ела, общалась с любимыми и делала то, что вздумается. Придя в себя и немного ощутив почву под ногами, созрела на встречу с избранными друзьями.

— Наконец-то! — обняла меня подруга Улька, достающая мне макушкой куда-то подмышку. — Думала так и не доедешь до меня. Это же надо, месяц, Алиса! Месяц ты игнорировала мои приглашения.

— Сёма, ты бы еще дальше забралась! Почти час добиралась до твоего ранчо. Вот это домина у тебя, — осматривала огромный дом в стиле фахверк с обилием окон, дерева и металла.

У подруги тоже жизнь резко изменилась. Она была замужем за парнем с которым встречалась с университета, родили двоих сыновей и они казались самой стабильной и счастливой парой в мире. Всегда думала, что может произойти апокалипсис, а Улька с Пашкой выживут и будут по-прежнему обожать друг друга. Но произошло то о чем никто не мог предположить даже в самой дикой фантазии.

Пашку посадили в тюрьму за кибер-кражу. Как-то так получилось, что его подработка фрилансом, обернулась подставой на многие миллионы. А Ульяне пришлось искать способы вытащить благоверного из мест не столь отдаленных. Ей предложили купить свободу супруга за двадцать миллионов. Это для учителя иностранных языков оказалось фантастической суммой. Помогали собирать ей эти деньги всем миром. Я передала всю имеющуюся на руках свободную сумму, поскольку вложила все сбережение в запуск собственного бренда и недвижимость. Поэтому она приняла предложение местного олигарха продаться ему. А потом влюбилась в него. Позже правда выяснилось, что муж успел ей изменить до тюрьмы. Но даже когда он вышел, брак они не смогли склеить.