Книга Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь, страница 59 – Алекса Гранд

— Завтра в семь состоится одно важное мероприятие. У тебя есть прекрасное платье, подходящее для этого случая.

— Ты предлагаешь мне…?

— Да. Составь мне компанию, Ника.

Ника

Десяток вопросов проносятся в моем мозгу изломанным калейдоскопом. А как же Диляра? Почему ты не хочешь пойти вместе с ней? Что будет, когда она узнает? А она обязательно узнает, ведь на вечеринке, приеме или что это будет, соберется толпа людей. И обязательно найдется кто-то, кто доложит ей, что Северского сопровождала девушка.

Другая девушка. Не невеста.

Оцениваю масштаб возможных последствий, которые могут на меня свалиться, и принимаю решение. Я очень хочу выгулять платье, которое мы купили с Гордеем. Болтать ни о чем, смеяться и сиять. Эта потребность горит куда ярче гипотетических проблем, поэтому я робко выдыхаю.

— Хорошо.

И с удивлением обнаруживаю, что Северский уже нанял няню из агентства на завтрашний вечер. Все-таки он невозможный. Упрямый, непробиваемый и до безобразия напористый, когда поставил перед собой какую-то цель.

Мне этих качеств не хватает. Я не умею открывать ногой двери, расшибать лбом стену, чтобы добиться своего, и настаивать, если мне отказали, тоже не могу.

Но это не мешает мне ехать в один из лучших салонов красоты Москвы на следующий день и чувствовать себя той самой Золушкой, у которой появилась добрая крестная-фея.

— Я записала тебя на укладку на четыре. Сейчас скину геолокацию. После обеда ты свободна, Гордей Алексеевич распорядился.

Слова Трофимовой до сих пор стоят в ушах, когда я перешагиваю порог стильной студии «Сорбет», и греют меня изнутри. Конечно, название куда больше подошло бы для небольшого кафе с уютной верандой, но здесь работают определенно профессионалы.

В ту же секунду, как только звенит колокольчик, ко мне подлетает брюнетка-администратор в черном костюме, сверяет что-то на своем планшете и проводит к мойке, у которой стоит фриковатого вида парень.

Крашенный блондин с неестественно голубыми глазами, ассиметричной стрижкой и татуировкой-паутиной, покрывающей всю его правую руку от запястья до локтя, представляется Аристархом и улыбается так широко, как будто я прихожусь ему лучшей подругой.

Поправив свой фартук, он плотно фиксирует на моей шее пеньюар, помогает мне расположиться в кресле и бросает, включая воду.

— Можете звать меня Арсом.

А дальше его пальцы творят самую настоящую магию. Бережно массируют кожу головы, втирают в волосы какие-то шампуни, бальзамы, маски. Так же ловко орудуют феном, расческой и утюжком.

И уже спустя каких-то сорок минут из зеркала на меня взирает красотка с изящными локонами, уложенными в не слишком тугую ракушку, и ошарашенно хлопает ресницами.

И, пока я открываю и закрываю рот, свыкаясь с преображением, меня передают в заботливые руки визажистки — хрупкой девчонки лет двадцати. Она прислушивается к моим пожеланиям и не перебарщивает с красками, дополняя мой образ идеальным насыщенно-коричневым смоки.

За долгое время я ощущаю себя настолько женственной, что верю в комплименты, которые сыплются на меня из уст сотрудников индустрии красоты.

— Сегодня вы затмите всех.

— У вас очень необычная внешность. Эффектная, запоминающаяся.

— Спасибо. Сколько я вам должна?

— Нисколько. Гордей Алексеевич уже все оплатил. Хорошего вам вечера, Вероника Александровна.