Книга Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь, страница 62 – Алекса Гранд

Спиной ко мне стоит Вадим. Держит Вику за руку, рисует что-то там подушечками пальцев на ее ладони и смотрит на нее таким преданным взглядом, что меня начинает тошнить.

— Это…?

— Мой муж, с которым я развожусь. Застукала их в нашей спальне. Поэтому Гордей и пропустил вашу вечеринку.

— Вот же урод!

— Прости. Мне надо освежиться.

Высвобождаю свое запястье из захвата Камиллы и поднимаюсь на ноги, задевая бедром столик. Острая вспышка боли мгновенно отрезвляет и прочищает мозги.

Я совершенно точно не испытываю больше теплых чувств к Вадиму. Мои колени при виде него не подкашиваются. А сердце не выпрыгивает из груди. Но видеть их вместе с Викой по-прежнему неприятно.

Поэтому побег в туалет — это то, что мне сейчас нужно.

Проскользнув мимо что-то жарко обсуждающих Гордея с Богданом, я захожу в дамскую комнату и двигаюсь к раковине. Открываю кран, неторопливо умываюсь и ощущаю, как досада утекает вместе с водой в водосток.

Катастрофы не произошло. Самолет моей жизни не потерпел крушение. Поезд не соскочил с рельс. У меня даже не болит за грудиной, и я готова вернуться в зал с гордо поднятой головой и на полную катушку веселиться этим вечером.

Только у судьбы на мой счет иные планы.

У меня за спиной открывается дверь, и я нос к носу сталкиваюсь с Викой.

— Ника? Я тебя даже сразу не узнала. Не думала, что ты можешь быть такой… эффектной.

— Могу. Хотела бы сказать, что рада встрече. Но нет. Не рада. Позволишь? — я кивком головы указываю на выход, но бывшая подруга не торопится меня пропускать.

— Ник, послушай, — неловко мнется она и разительно отличается от уверенной версии себя, к которой я привыкла. — Вадим говорил, что ваш брак давно уже не больше, чем формальность. Вы чужие люди, спите на разных кроватях и в отпуск ездите поодиночке.

— Я не помню, когда последний раз была в отпуске. Сначала беременность, академ. Потом дистанционная учеба, декрет, работа. Но это не важно. Мы, действительно, разводимся, Вик. Я не собираюсь липнуть к Вадику и умолять его вернуться. Не волнуйся.

Гордей

Ника задерживается в туалете, и это меня почему-то тревожит. Я вполуха слушаю Богдана, а сам то и дело кошусь на дверь.

Спустя пять минут, когда я уже всерьез задумываюсь о том, чтобы двинуться к дамской комнате и постучать, Солнцева, наконец, выходит. С ней вроде бы все в порядке, только глаза лихорадочно блестят.

— Все нормально?

Спрашиваю, когда она ровняется со мной, и ловлю ее за талию. Аромат ее духов, легких, с ноткой ванили, щекочет ноздри и дразнит. Вопреки здравому смыслу, хочется наклониться и лизнуть языком ее щеку. Как бы глупо это ни выглядело со стороны.

— Все окей. Призраки прошлого. Не обращай внимания.

Просит меня Ника, а у меня не получается забыть и забить. Я видел ее недомерка-супруга и его блистательную пассию, так что сложить два и два не сложно. Веронике, скорее всего, неуютно от этой случайной встречи.

И я злюсь из-за того, что не смог ее оградить. От дискомфорта. От горчащих предательством воспоминаний. И от разговора, который наверняка состоялся у нее с бывшей подругой.

— Точно? Если хочешь, мы извинимся перед Богданом, и уедем домой.

— Нет. Я не собираюсь прятаться, Гордей. Я собираюсь веселиться.

Гордо вскинув подбородок, сообщает Ника, и я на несколько мгновений впадаю в ступор. Сейчас она совсем не походит на ту бледную тень самой себя, которая мялась на пороге моего дома еще недавно.