Книга Предатель. В Новый год без меня, страница 35 – Анна Риман

Его глаза потемнели. Не злость — что-то глубже, тяжелее.

— Я не один из них, — сказал он глухо. — Я просто умею договариваться там, где иначе стреляют.

— О, да. Договорился отлично. Марата сдал. Пожал руку. А что дальше? Санки?

Я услышала, как в голосе дрожит злость. Она кололась, как иголки под кожей.

Тимур приблизился на шаг.

— Санки выбрала ты, — произнес он ровно. — А Марата… да. Я отдал.

— Зачем?

Он выдохнул, будто досчитал до десяти внутри себя.

— Потому что если бы не отдал, Гаджиев продолжил охотиться за тобой, — выдавил он. — И не остановился, пока не довел дело до конца, даже если в папке был только мусор.

Я почувствовала, как холодно стало в животе.

— И ты… — я сглотнула. — Ты решил меня «спасти» договором?

— Я решил, что ты не должна умереть из-за чужой глупости и денег, — отрезал он коротко.

Секунда тишины ударила сильнее, чем крик. Я смотрела на него, и что-то внутри упрямо искало подвох.

— Ты мог бы просто… отвезти меня куда-нибудь, — прошептала я.

— Куда? — спросил он. — Домой? Чтобы они пришли туда ночью? К сестре? Чтобы ты потащила к ней этот хвост?

Я стиснула зубы. Хотела сказать: «Это не твоя забота». Но язык не повернулся.

Тимур посмотрел на меня так, будто видел насквозь и страх, и упрямство.

— Ты здесь, потому что рядом со мной тебя не тронут, — прошептал он.

— То есть я у тебя как… — я не нашла слова.

— Не начинай, Алина, — отрезал он, но без грубости. Скорее устало. — Ты упрямая. И лезешь куда нельзя. Я уже видел это и не только сегодня.

Я резко вдохнула.

— Ты меня контролируешь.

— Да, — признал он просто. — Потому что иначе тебя заберут. Или ты сама побежишь к ним под ноги.

Я шагнула к нему — и даже не поняла зачем. Наверное, чтобы сильнее ударить словами.

— И всё это время… — я почти выплюнула, — ты делал вид, что мы тут «праздник» устраиваем, пока у тебя там сделки с Гаджиевым?

В глазах Тимура мелькнуло что-то — не смешок, не злость. Как будто я попала в точку.

— Я не делал вид, — произнес он низко. — Я пытался, чтобы ты хоть на час перестала дрожать.

И всё. На этом его выдержка закончилась.

Он шагнул вплотную, и мои слова застряли где-то между горлом и дыханием. Я почувствовала тепло его тела — настоящее, живое, слишком близко. Его ладонь легла на мой затылок — не нежно и не грубо, просто так, чтобы я не смогла отвернуться.

— Не надо, — выдохнула я, но это прозвучало не как запрет.

— Надо, — ответил он почти шёпотом.

И поцеловал.

Голодно, резко, как будто держался слишком долго и больше не собирался. У меня в голове вспыхнуло всё разом: обида, страх, злость, его руки на моих плечах в лесу, его ладонь на талии ночью. Я должна была оттолкнуть.

Но я ответила.

Сразу.

Так же жадно, так же слепо, будто мне тоже не хватало воздуха последние сутки. Его пальцы сжали мою спину, притянули ближе — и я тихо выдохнула ему в губы что-то бессмысленное, почти жалкое.

В этот момент телефон на столе ожил.

Сначала — вибрация, короткая и злая. Потом экран вспыхнул, и в домике, где только что было слышно одно дыхание на двоих, раздался тонкий звонок.

Я отпрянула так резко, будто меня облили холодной водой.

Тимур не удерживал. Только смотрел — тяжело, внимательно.

На экране — «Сестра».

У меня покраснели уши, щёки, даже пальцы. Я схватила телефон, как спасательный круг.