Книга Самая милая пара, страница 98 – Мэри Кубика

В школе я учился с одним парнем, который упал с велосипеда и ударился головой о бордюр. Он был без шлема – тогда никто их не носил. Я видел, как он упал. Перелетел через руль, шлепнулся на асфальт. Встал, отряхнулся, снова сел на велосипед. Мы смеялись над ним. Все. Он и сам смеялся, что потом смягчило мое чувство вины. Мы поехали в магазин за конфетами. Он думал, что все в порядке. А через шесть часов умер.

— Не знаю, несколько, – говорит Лили.

Вся эта история с телом в заповеднике выбила ее из колеи. Прошлой ночью она снова не спала. Я чувствовал, как она ворочается в постели, бормочет что-то вроде нет, хватит, хнычет, так что мне приходилось будить ее и успокаивать. Я и сам не выспался.

— Думаешь, два раза? Или, может, шесть?

— Думаю, больше двух. – Она вот-вот заплачет. Мне и самому не хочется поднимать эту тему, расстраивать Лили. – Я просто… Не знаю, Кристиан, я просто отбивалась. Ни о чем не думая, не зная как. Помню только, каким он был потом… как текла кровь.

Я думаю, как Лили защищалась, и представляю нечто хаотичное, суматошное и бесконтрольное.

— Ладно. – Это полезно знать. Хотя я рассчитывал на другой ответ. – Как думаешь, куда ты его ударила? Сюда? – Я показываю на лоб. – Или сюда? – Касаюсь затылка. Я спрашиваю, потому что знаю: перелом у основания черепа опаснее, поскольку там кость прочнее и ее сложнее повредить. Но если повредил – дело худо. Именно это и случилось с моим школьным другом. Упав на бордюр, он ударился затылком.

Лили пожимает плечами.

— Может, и там и там.

Она задумывается, пытается вспомнить, потом качает головой.

— Не знаю, Кристиан. Правда не знаю. Все произошло так быстро. Я ни о чем не думала, просто отбивалась.

— Но если он бросился на тебя, то ты ударила его в лицо, – рассуждаю я и указываю на лоб.

Лили задумывается. Я молчу. Не мешаю думать. По ее глазам вижу, что она переживает все заново. Выражение на ее лице меняется. Она вспоминает.

— Кажется, я ударила его в лоб. А потом… помню, что он повернулся. Он начал уходить от меня. Не знаю почему, но я не поверила, что он закончил со мной. Я ударила его еще раз… может быть, сюда. – Она касается затылка. – Он обернулся, посмотрел на меня дикими глазами и упал.

Этого я не ожидал. Выходит, Лили ударила его сзади, когда он уже уходил. Я не виню ее. Она испугалась. Одна, в лесу, без надежды на помощь, и никаких гарантий, что он не вернется и не набросится на нее снова.

— И это все? – спрашиваю я. – Потом ты бросила камень и убежала?

— Может быть, – уклончиво отвечает Лили.

— Что значит может быть?

— Я не знаю, Кристиан. Просто не знаю. Не могу точно вспомнить.

Снова эмоции. В глазах блестят слезы. Она расстроена из-за того, что не помнит. И обижена на меня за то, что я постоянно спрашиваю, за то, что заставляю ее вспоминать то, что она предпочла бы забыть.

— O’кей. – Я притягиваю ее к себе, обнимаю. – Все будет хорошо, малышка. Остальное не важно.

Если тот удар сзади, когда он уходил, не был последним, то получается, что Лили ударила его еще раз, когда он лежал на земле. Получается по меньшей мере три раза. Один по лбу, один по затылку и третий, когда он лежал на земле. При таком раскладе вариант со случайной смертью отпадает. Кто поверит, что человек, падая, разбил голову в трех разных местах?