Книга Стражи восемнадцати районов, страница 93 – Антонина Крейн

Она уже поняла, что это был оборотень.

Вообще, оборотни-цветки – редкость. Когда-то их даже не считали принадлежащими к магическим расам, называя просто «овеществленными иллюзиями». Ведь цветы, имеющие вторую, человеческую ипостась, можно встретить только на древних могилах. Дело в том, что они вырастают из идеалов погребенных там людей.

Если умерший упоенно мечтал о ком-то, всю жизнь лелеял мысль о встрече с родной душой – но так и не находил ее, – столетия спустя на его могиле вырастал цветок-оборотень.

Человеческие ипостаси таких цветов обычно бывали нежнее и прекраснее даже самых сладких снов. Сотканные из мечты и воплощающие ее, вечно одинокие, чувствующие свою инаковость, чаще всего они были плохо приспособлены к жизни среди отнюдь не идеальных людей и предпочитали оставаться цветами.

Но этот цветок в клетке…

С ним что-то было не так. Его никак нельзя было назвать чистым. Скорее – темным. Отчаявшимся.Измененным.

Инга зажмурилась, снова услышав полный боли, обреченный стон.

За что этот эрантис заключили в клетку? Что с ним творили? Вдруг он… опасен?

— К черту, я не оставлю тебя здесь страдать, – выдохнула она и достала из сумки маленькую садоводческую лопатку.

Она начала расчищать землю ото мха у основания клетки. Магические печати вспыхивали, угрожающе потрескивая. Инга прикинула, что ей может не хватить сил снять чужие заклинания – а вот просто сделать подкоп она вполне способна!

Она уже прорыла неплохой тоннельчик под клеткой и, отбросив лопатку, хотела полезть за цветком, как вдруг из-за деревьев выступило несколько мужчин в темных костюмах. Они явно были колдунами. При этом один из них держал пистолет. Несколько других – кинжалы, судя по мягкому свечению, зачарованные.

— Что ты делаешь с нашим товаром, дрянь? – без предисловий зарычал тот, что шел в центре. Видимо, главный. – Кто тебя послал?

Но Инга не сдвинулась с места. В груди удушливой волной поднимался страх. Так… Она – лучшая студентка курса. Но каковы ее шансы выстоять против семерых бугаев?

— Никто, – сказала она. – Я шла мимо и увидела оборотня, страдающего от невыносимой боли. Любой на моем месте освободил бы его. Он – не товар. Он – живое существо. И обладает человеческими правами. Как и мы.

— Так мы и поверили, что тебя никто не послал – ровно в тот день, когда наконец пришло время забрать его! – сплюнул один из колдунов.

— Лучше забудь, что здесь было, и уходи, девчонка, – посоветовал другой.

— Я не уйду без него.

Но одновременно с ее опрометчивыми словами прозвучал приказ главного:

— Никуда она не уйдет! Марк, избавься от нее. Нам не нужны свидетели.

Тот, кого назвали Марком, без лишних вопросов вытащил пистолет. Но прежде чем он успел навести его на Ингу, кое-что случилось.

Магические печати на черной клетке загорелись, цепи осыпались пеплом, и клетка взорвалась. Нестерпимая алая вспышка прорезала сумрак поляны.

Когда Инге вновь удалось открыть глаза, она потеряла дар речи. Цветка больше не было.

На тлеющем мху возле могилы стоял высокий молодой мужчина. Белые волосы доходили ему почти до пят, частично скрывая наготу, глаза пылали фиолетово-оранжевым светом, а когти были острыми, как у зверя. Казалось, воздух вокруг него рябит от некой темной ауры. Он был похож одновременно на прекрасного эльфа и безжалостное чудовище.