Книга Стражи восемнадцати районов, страница 120 – Антонина Крейн

В слепой ярости одна голова Ашхаар попыталась укусить наглеца на своей спине, но промахнулась и схватила за шею второй головы. Вторая взревела и в ответ укусила первую. Началось безумие. Две головы чудовища дрались друг с другом, забыв про маленького человека на спине.

А Феликс, воспользовавшись моментом, из последних сил добрался до места, где шеи соединялись с туловищем, и начал бить уже туда. Снова, и снова, и снова; в одну и ту же точку.

Я вдруг вспомнил, как читал в одной из энциклопедий: там, где сходятся шеи, у многоголовых чудовищ расположено энергетическое ядро. Раздави его – и убьешь монстра.

И вот, с хриплым, булькающим стоном, змей замер и тяжело рухнул, подняв тучи пыли.

Тишина над ареной длилась ровно пять секунд. А потом зрительские ряды буквально взорвались от рева.

Казалось, у меня лопнут барабанные перепонки. Кто-то, свистя и распевая, обливал наши места пенящимся пивом. Девушка по соседству бросилась мне в объятия и с какой-то радости поцеловала в щеку, а потом куда-то в шею. Если бы я был чуть больше в себе, попросил бы ее отстраниться. Но так я просто стоял, ошарашенный, и смотрел, как Феликс, шатаясь, спрыгивает с поверженного монстра.

Он замер посреди арены, весь залитый своей и чужой кровью, и попробовал поднять руку – левую, потому что правая висела плетью. Толпа взвыла еще громче, теперь к ней присоединился орущий в микрофон ведущий. На экране полыхал полный беспредел от ликующего клипмейкера, уже сделавшего нарезку боя.

А Феликс поднял голову, нашел меня взглядом и чуть заметно кивнул. Только тогда, кажется, я заново смог дышать.

* * * 7

Я нашел Феликса уже в кабинете Сигила.

Он был избит так сильно, что мне хотелось выть. Рыбкин сидел на диване, прикрыв глаза, а вокруг него суетились целители, вооруженные дикой смесью земных и магических медицинских приспособлений.

Сигил был рад.

— Ты заработал нам кучу денег! – удовлетворенно кивнул он, не отрываясь от планшета. – Поистине триумфальное возвращение.

Один из целителей прижал к разбитой губе Рыбкина тампон с какой-то шипящей мазью. Феликс поморщился.

— Мне нужен ключ от подвала, – с трудом выговорил он.

— Держи. – Сигил достал ключ из верхнего ящика стола и, видя, что руки Феликса заняты, кинул его мне.

— Я вызову колдунов из Ордена после полуночи, – предупредил Феликс, когда целитель отошел. – Дэн может попрощаться с братом. Он бился за него, как зверь, и заслужил хотя бы разговор.

— Какой ты благородный, – хмыкнул Сигил, наконец подняв взгляд. – Прямо слеза прошибает. Не хочешь вернуться навсегда, кстати? С тобой тут повеселее.

Феликс покачал головой:

— Ты же знаешь: я поклялся служить Небесам.

Сигил скривился так, будто ему лимоном в лицо брызнули.

— А как насчет твоей цели? Ты все еще мечтаешь достичь ее?

Рыбкин какое-то время молчал.

— Да, – произнес он наконец.

— Значит, не такой уж ты и праведный, – рассмеялся глава «Муладхары», и Феликс, не возражая, закрыл глаза.

* * * 7

Только час спустя, когда целители – уже не в кабинете Сигила, а в больничном отсеке при клубе – на удивление качественно привели Феликса в порядок, мы покинули логово красной банды.

Однако вышли мы не в Петербург, а на Изнанку.

Здесь уже стоял поздний вечер. В фиолетовых сумерках рассекали прохладный воздух стрекозы. Откуда-то доносились запахи карамели и жареных каштанов. На узких мощеных улицах волшебного города иногда встречались прохожие, но в целом тут было довольно пустынно.