Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 174 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

— Так что же?

— Да то ли девочка заблудилась в лесу, то ли заигралась. Однако наступила ночь, а поутру нашли лишь ее обглоданные косточки. Даже чепец пропал.

— Какой чепец?

— А красный, наподобие такого, который хранится у хозяина в комнате.

— Так откуда же у мистера Рочестера детский чепец?

Она равнодушно пожала плечами.

— Много вещиц осталось от мисс Адель. Большинство раздали, что-то сгорело в Торнфилде. А чепец – не знаю, мисс, наверное, мистер Рочестер взял его с собой в память о малышке. Упокой Господь душу несчастной бедняжки. Я ведь видела тело мисс Адель, когда ее принесли в Торнфилд. Такое горе!

Когда Мэри закончила свои дела, я попросила не гасить свечи. Настала пора написать письма сестрам и Шарлотте.

Я склонилась над письмом, в подробностях расписывая усадьбу и окружающую ее рощу, когда дверь отворилась и в кухню, держась за стену, вошел мой жених.

— Пишешь письмо, Дженни?

— Пишу, сэр. А как вы это поняли?

— Мэри сказала, – ответил он и сел на стул рядом. – Я спросил ее, где моя возлюбленная невеста, и она ответила, что Дженни пишет письма своим друзьям.

— Я уже почти закончила, сэр.

— А золотая цепочка – подарок Сент-Джона? Или первая покупка разбогатевшей Дженни? – с усмешкой сказал он и внезапно осекся.

— Вы видите мою цепочку, сэр?! – Я вскочила от волнения из-за такой хорошей новости.

— Да. Кажется. Немного, – ответил он неуверенно. – Очень смутно, но вижу!

— Неужели ваше зрение возвращается?! – Я бросилась к нему в объятья, намеренно споткнувшись о ножку стола, едва не распласталась на полу, но Эдвард поймал меня и проворно усадил к себе на колени.

— Я был бы этому очень рад, мой ангел, но боюсь, что это лишь отблески света на цепочке смогли проявить ее для меня в кромешной темноте.

Мы обнялись и просидели так какое-то время, потом я проводила мистера Рочестера, а сама ушла в свою комнату. Сияла луна, и мне не спалось. Я лежала и думала обо всем, что случилось. Слезы проступали на глазах. Я знала, что моих денег не хватит на восстановление Торнфилда. Что ж, пусть остается руинами!

Эдвард никогда его не любил. Если бы Торнфилд отстроили заново, замок вызывал бы слишком тяжелые воспоминания и у него, и у меня.

Послышался шорох. Что это было? Словно где-то в доме поднимали оконную раму. Я встала и выглянула в окно. Вон там комната Джона и Мэри. Вон там гостиная. А там, с другого угла, спальня мистера Рочестера. Это его окно было открыто. И оттуда выбирался зверь. Нет! Невозможно! Что он сделал с Эдвардом?!

Зверь выпрыгнул на траву и огляделся по сторонам. Задержал взгляд на моем окне, так что я едва успела отпрянуть, чтобы остаться незамеченной.

Оборотень влез обратно в окно и как можно тише опустил раму. Выпрямился в полный рост. Высокий черный волк на трех лапах. Левая передняя была обрублена едва ли не наполовину и болталась бесполезной культей.

Скоро начнется трансформация. Я видела такое не раз, но сейчас наблюдать за этим было мучительно, как никогда. Светлело небо, и шерсть зверя как будто исчезала, таяла вместе с ночью.

Изогнулась мощная спина, утробный рык прозвучал в комнате. А затем человек съежился, сгорбился и, приняв свой привычный облик, распрямился и обернулся, встретив взглядом дуло револьвера.

— Что это?

— Вы знаете, что это, сэр, не так ли?