Книга Во сне и наяву, страница 72 – Борис Конофальский

Медуза была там, где и сказал Лю, но она улетала. Свете подумалось, что эти красивые и величественные создания не очень любят охотиться на солнце. Она побежала дальше. Палку она держала двумя руками на груди. Рюкзак, честно говоря, мешал, к нему нужно еще приноровиться. Если придется бегать как следует, вкладываться, как говорит ее тренер, он будет мешать. Как и штаны не по росту, как и палка, как и отсутствие носков. Ну, отсутствие носков – это проблема скорее больших дистанций, чем рывков. В общем, ей было к чему готовиться и было над чем работать.

У Ленсовета, у поляны мха, там, где рос несчастный, ободранный до чистого ствола фикус, Лю углядел каких-то существ и рекомендовал Светлане свернуть направо. И девочка свернула на восток, на улицу Типанова. Она дважды проходила рядом, но не замечала, что все дома тут были целыми. Половина стекол в окнах и витринах тоже. Даже один из светофоров на пешеходном переходе работал! Светлане здесь нравилось: дома, поребрики, асфальт, целые стекла. Сюда бы еще непрерывный поток машин с проспекта Славы и пешеходов, и почти нормальная петербургская улица вышла бы. Она не чувствовала здесь острой опасности, безнадеги, от которой хотелось плакать.

— Лю, а может, мне поискать себе убежище тут? – спросила девочка, оглядываясь по сторонам и не замедляя при этом шага.

— Мне не кажется это удачным решением, – помедлив чуть больше обычного, ответил Любопытный. – Там, за большим зданием, много чистой воды. – Фонтаны на площади, догадалась Света. – А еще огромная магистраль с большим количеством пищи. – Московский проспект, вспомнила девочка. – Это локация с высокой конкуренцией различных групп существ, не думаю, что вы готовы к конкуренции подобного рода.

Почти всегда Лю оказывается прав. И Света не спорит с ним. И без происшествий добегает до перекрестка Типанова и Гагарина. А там, как всегда, без долгих прелюдий Любопытный произнес в свой манере:

— На сегодня мой ресурс исчерпан, я оставляю вас, человек Светлана-Света.

— Что, уже? – воскликнула девочка.

До убежища было недалеко, но она боялась встретить где-нибудь по дороге Аглаю, думала, что Лю предупредит о ее появлении. Но голос в этот день больше с ней не разговаривал.

Картина, открывшаяся перед ней, когда девочка свернула на проспект Гагарина, поразила. Снова развалины по левую руку, ломаный асфальт, битый кирпич. Прямо холмы из кирпича и бетона. Они тут даже поросли разной растительностью. И местной, и нормальной. Она остановилась. Неприятные места. На любом таком холме, бывшем когда-то домом, может притаиться опасность. Муходед, например, какой-нибудь.

Бульвар, что раскинулся вдоль почти всего проспекта, там, в ее мире, засажен деревьями, клумбами и красивыми кустами, а тут… насколько хватало взгляда, зарос серебристым мхом, как мехом. Среди мха попадались странные черные деревья. И этот мох просто сиял на ярком солнце, отливая зеленью. Вдалеке, набрав высоту, парили три перламутровые медузы. Синее небо, белое солнце, серебряная равнина, парящие в небе медузы. Если, конечно, не смотреть на развалины сбоку, тут было на удивление красиво.

Полминуты удовольствия и восхищения, и, осмотревшись, девочка пошла быстрым шагом на север. К своему убежищу. Теперь, без Любопытного, ей нужно быть настороже. Впрочем, это только издали медузы кажутся такими красивыми, да и прекрасный мох… Ну да, только дай ему шанс.