Книга Во сне и наяву, страница 73 – Борис Конофальский

Она сразу заметила его. Противный марабу стоял неподвижно у поребрика, опять прикидывался столбом. Нет, Свету он уже не проведет. Их разделяла поляна мха шириной в бульвар. Светлана хорошо помнила, что марабу на дистанции отстанет, сдуется, но вот рывок у того, что бежал за ней, был неплохой. Надо с ним внимательней. Вот и думай, как лучше двигаться, – или по краю развалин, откуда может кто-то выскочить, или поближе к проспекту, где стоит этот «столб». Все-таки видимая опасность лучше, чем вероятная. Девочка побежала по самому краю мха, лишь бы быть подальше от развалин, да и к тому же там, на мягком грунте, башмаки почти не слышны. Не то что на остатках асфальта и битых камнях. Марабу ее не заметил, и Света продолжила свой путь. И теперь она поняла, что не зря человек, чьи вещи она нашла, носил с собой воду в старой грязной бутылке. Жара, куртка, рюкзак, бег, палка в руке. Девочке было непросто, даже несмотря на ее тренированность. На проспекте, чуть дальше, еще один столб. На этот раз марабу притаился на другой стороне проезжей части. Понятно. Они охотятся на дороге, на открытых пространствах из засады. Этот был не опасен – далеко. Она перебежала небольшую улицу Авиационную, в том месте, где раньше был перекресток. Пошла дальше осторожнее, до ее убежища оставалось несколько сотен метров. По правую руку от нее находилось маленькое одноэтажное здание. Конечная остановка трамваев, или, как ее еще называли, «депошка». Депошка была на удивление в хорошем состоянии, стены чистые, стекла больших окон целы, закрыты изнутри пластиковыми раздвижными жалюзи и в пыли, то, что две старые березы росли рядом, говорило: тут все тихо. Вот только железная дверь чуть приоткрыта. Впрочем, вряд ли кто мог прятаться внутри, ведь депошка стояла почти посреди серебряного поля, мох которого был ярким, густым, насыщенным. Разве что птица туда могла забраться.

Мальчик. После перекрестка развалины закончились и пошли целые здания, окруженные высокими красивыми заборами с пиками. И на одном заборе что-то висело. Светлана остановилась. Нет, не что-то. Кто-то. С головой, с руками, с ногами. И висел он там, как показалось Светлане, не по своей воле. Он зацепился спиной за верхушки пик. Видно, неудачно спрыгнул. Спрыгнул… и повис? Странно, зачем ему было прыгать, когда в ста метрах от него открыта калитка? Он был синий. Фикус? Висел неподвижно, голову уронив на грудь. Мертвый? Девочка еще немного подождала. Все, что странно – опасно. Поглядела по сторонам, послушала и лишь после этого двинулась вперед. Пошла медленно, стараясь держаться подальше от висящего человека, шла почти по мху. Приблизившись, увидела под телом черную лужу. И его длинные ноги были в крови. Это был голый человек, его серое лицо опущено вниз. Конечно, он мертв. Ужасно. А кто выживет, если под лопатки тебе вонзятся такие страшные и толстые пики забора. Зачем он только перелезал? И только когда она почти поравнялась с телом, девочке все стало ясно. Этот совсем молодой безволосый мужчина, ничем не измазан, как ей поначалу показалось. Просто руки, живот, ноги, голова правильной круглой формы – все было синее.

Да и бог бы с ним, может, он от смерти посинел, но вот его руки и ноги… измяты, вывернуты, изломаны во многих местах, на левой голени, на месте перелома, даже кость из-под кожи пробилась, словно их топтал кто-то большой или сильный… Сам вроде весь целый, а ноги с руками как специально переломали. Она даже не додумала свою мысль до конца, даже не сформулировала вопрос, но уже сама на него ответила: «Аглая».