Книга Легенда о конокраде, страница 94 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Сауле толкнула Даню коленом. Нога у него была вся потная.

— Не беспокойся. – Капитан поднялся и стал собирать тарелки. – До заката Ша гости не заявятся. Да и слогом нельзя пользоваться в мысках.

Проверка провалилась. Ния скоро засобиралась к Ивору. Перед выходом она затормозила у порога.

— Всех люблю!

И убежала. Капитан, несший посуду к корыту с водой, споткнулся на ровном месте. Даня присвистнул. Он никогда не лез в ссоры отца и дочери, но часто обсуждал их после наедине с Керимом.

— Я ее нежностям никогда не учил, дурак, – печально улыбнулся мужчина. – А больше примера и не с кого брать было. Вы на нее хорошо влияете. Как уедете, все будут скучать.

Сауле могла перечислить как минимум пару десятков человек на острове, которые думали иначе.

— Ой, это вы мою младшую сестру не видели. – Она постаралась проигнорировать похвалу. – Вроде и мама, и папа, а все равно вредная выросла.

Они прежде не обсуждали семьи, которые «паломники к святыне Сеятеля» оставили на большой земле. Сауле рассказала Капитану про Динарку с Андреем, немного изменив историю под ширьскую реальность.

— Я тоже в его годы стражником хотел стать. Славное это дело, благородное. – Капитан одобрил занятия младшего брата Сауле, который учился в кадетском корпусе. Папа же из логиста переквалифицировался в купца. – И все равно не понимаю, как тебя родители отпустили. Пусть даже с такими защитниками.

Даня благодарно кивнул, но ничего не сказал. Актер из него был плохой. Попытка вывести Капитана и Нию на разговор оказалась провальной. Ромчик, пусть и держал безразличную мину, натягивая рубаху на свои тощие плечи, дважды промахнулся мимо рукава. Жара победила смущение: он теперь часто ходил в доме без верха.

— Просто они верили, что на Цране будет безопасно. Вы даже беглым рабам помогаете. Что может случиться?

Капитан замешкался на пару секунд и не успел ответить на странный вопрос Ромчика. На улице скрипнула калитка, и, прежде чем увидеть вошедшего, все почуяли запах табака.

— Това Варма! – Керим переключился на гостью, и они обменялись рукопожатиями. Варма не отличалась хрупким телосложением, но все равно казалась миниатюрной рядом с хозяином дома.

— Тук-тук. – Марфа в своем неизменном синем тюрбане заглянула в проем. – Долго же вы завтракаете.

Обменявшись приветствиями, все отправились на пляж. Перед выходом Сауле поймала Даню за локоть.

— Я не забыла, если что.

На пляже собрался почти весь остров, не считая эмиров, небольшой части служек и слагателей. Кимьяна среди толпы Сауле тоже не заметила. Должно быть, конюх не захотел покидать любимых животных даже на пару часов. Зато одинаково лохматые макушки Тина и Тала мелькали среди столпившихся вокруг Ивора и Нии. Сауле не питала теплых чувств к хозяину острова, но не могла не восхититься тем, как он умудрялся отвечать на вопросы говорящих одновременно людей. Толпа шумела, как молитвенный столб в ветреный день.

Столбы такие стояли по всему селению и гнулись от тяжести колокольцев, которые облепляли их гроздьями. Молитвы вместе со звоном должны были подниматься в Чертог, прямо к Туули. Но владыке ветров пришлось бы постараться, чтобы различить среди хора просителей хоть один голос с Црана. На острове больше почиталиИвора и в молитвах обращались к нему. Сауле сама слышала, когда в один из вечеров улизнула к молитвенному столбу. Для возвращения домой требовалась помощь всех богов одновременно. Быстро прочитав по памяти «Отче наш» и позвенев колокольчиками, она прислушалась, о чем говорят остальные. Люди Црана просили о разном: о большом улове, о скором выздоровлении больного зуба, о том, чтобы зазноба-слагатель помнил ее или его в разлуке. Вне зависимости от сути прошения люди всегда заканчивали его словами об Иворе, будто одновременно молились и за него, и ему. Достигали ли эти молитвы хижины на холме, Сауле не знала.