Книга Легенда о конокраде, страница 163 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Впереди показалась насыпь, скользкая и темная, как башня злого властелина, питающегося кровью невинных жертв. Сморгнув две первые крупные слезинки, Сауле с калечащей дрожью в руках и ноге перелезла через навал, но в последний миг неудачно выбрала точку опоры и скатилась с криком вниз. На запястьях вместе с налипшей слякотью появились кровавые рытвины, а грязевые отметины на светлой рубахе зияли рваными ранами.

Боли не было.

Не было в руках молотка.

Он для Сауле бесполезен.

Громко верещало сознание. Целой чертовой армией выпущенных на свободу демонов Сауле. На четвереньках она подобралась к дыре, входу в пещеру, и ее объял хтонический ужас, знакомый с детства. Как-то в поездке на Черное море Сауле подплыла к отвесной скале, нависающей над водой. Под этой скалой, которая отбрасывала утробную тень, вода, плескавшаяся тихо-тихо, стала вдруг небезопасной. Редкие откаты сизых волн открывали взгляду длинные бурые водоросли, которые развевались, как волосы утопленников. Та полуподводная пещера снилась маленькой Сауле в худших кошмарах.

Сауле заглянула вниз в поисках выступов. Черная смолистая вода шлепала по обвисшему пузу породы, и больше входа в чашеобразную пещеру не было. Лавина из острых льдин прокатилась по всему телу, вышибая пот и болезненные мурашки. Сауле прошептала:

— Нет.

Ей иногда снились такие кошмары. В которых она случайно убивала кого-нибудь или бессмысленно крала ценные вещи, и сны эти были настолько реалистичными, что по пробуждении Сауле чуть не плакала от радости, что все это неправда. Что мир не сдвинулся.

Сейчас она не могла поверить, что этот ужас происходит с ней наяву.

Режущая боль пронзила низ живота и промежность. Сауле с ужасом согнулась, припав к земле. Ей показалось, что она непроизвольно обмочилась, но… такое случалось каждый месяц, и она точно знала, что на белье расплылось ужасное бурое пятно. Пришли месячные.

Как вовремя.

Через мгновение Сауле даже не вспомнила об этом.

Она шла, шла и шла, пока дождь барабанил в спину. Он размывал землю, и та с бурлящими потоками стекала вниз. Ноги проваливались по щиколотку, и грязь разочарованно чавкала каждый раз, когда удавалось высвободить кроссовку. Будто одна человеческая жертва лишь разожгла аппетит острова-чудовища и теперь он желал проглотить Сауле с головой. Но она все шла, не разбирая дороги, цеплялась тростью за выступы, падала, поднималась и снова шла.

Сауле знала, что, если Цран хотел мести, он подготовил ейболее жестокую смерть.

На конюшне было пусто. Дверь оказалась заперта и перевязана веревкой на неизменном засовном слоге. Сауле легко срезала ее перочинным ножом Ромчика. Всё, как она и думала. Магия отступала под натиском иномирных вещей.

Это было бы так просто.

Одним рывком Сауле отворила двери, впустив свет. Лошади, заждавшиеся выгула, нетерпеливо топтались в стойлах. Сауле выпустила каждую, уворачиваясь от морд, ждавших угощения. Одна из питомиц Ивора цапнула ее за волосы. Сауле не поморщилась. Ей было все равно.

Безымянная кобыла испуганно всхрапнула, услышав шаги.

— Я тебя не обижу. – Сауле сняла засов. Лошадь не сдвинулась с места. Сауле стоило подтолкнуть ее, вывести самостоятельно, но она не доверяла своим рукам. Казалось, стоило дотронуться до живого существа, как оно падет от ее прикосновения. Сауле присвистнула: – Ну, давай. Пожалуйста, выходи.