Книга Легенда о конокраде, страница 148 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Деревянная стружка.

Капитан, будто очнувшись от дремы, прошел внутрь. Порог от стола отделяло не больше пяти шагов, но они показались вечностью.

Сауле ждала.

Положив нож на место, Капитан мельком взглянул на куклу, шумно вздохнул и обернулся. Тяжелая ладонь привычным жестом легла на плечо. Не причиняя боль, успокаивая. Сауле всхлипнула и чуть не осела на пол.

— Девочка. – Позабыв о собственном горе, Капитан очнулся и усадил ее на лавку. Засуетился. Раздвинул шторы. Принес стакан воды. – Я вырезал маску. А ты молодец, молодец, замечательно справилась. – Забывшись, Капитан стал гладить Сауле по голове, пока она дрожала и пила воду маленькими глотками. Страх смерти сменился замешательством. Сауле думала… Что она думала? Что Капитан как-то узнал об их с Марфой деле и с ножом пришел выбивать, где они прячут Нию?

— Что за маска?

Капитан моргнул.

— На большой земле обходятся без них?

— Я еще никого…

Поморщившись, Капитан кивнул. Сауле не нужно было продолжать.

— А мне вот случалось складывать погребальный костер. Однажды.

Жена Капитана, Хансаит. Говорили, Ния была похожа на мать. От отца ей достались лишь упрямый подбородок и уши с тяжелыми мочками.

Сауле снова ушла в мысли и очнулась, лишь когда та самая маска легла ей на колени. Темное дерево, ильм. Сауле знала это название от Ромчика. Оно не росло на Цране, но, похоже, доски привозили на остров как раз для этих целей. Рыжеватый оттенок древесины напоминал смуглую кожу. Такая, как была –есть – у Нии.

Капитан постарался над погребальной маской, но времени сгладить углы не хватило. Курносый с горбинкой нос, расслабленные надбровные дуги, опущенные уголки губ – все состояло из острых углов. Выражение лица было покойным, спящим, но при этом каким-то лихорадочным из-за этих самых неровностей. Будто Ния уснула с температурой.

Лезвие, которым Капитан вырезал маску, явно не подходило для этих целей. Тут и там торчали осечки и занозы. Но Сауле поняла его выбор: она не раз видела, как Ния орудует этим ножом, разрезая хлеб или потроша рыбу. Капитан хотел сделать маску любимым ножом дочери.

— К-красиво.

Вновь диссонанс сжал нутро Сауле в тиски. Из-под лезвия, которое, как она думала, оборвет ее жизнь, вышла такая тонкая работа. И все же это была не Ния. Сауле не терпелось увидеть девочку, но они с Марфой договорились пойти в пещеру после наступления темноты.

И Сауле ждала.

Она возвращалась от соседки, которая передала Капитану яйца и хлеб, когда до нее донеслись звуки топора, крушащего доски.

Даня работал без верха, не боясь щепок, разлетавшихся во все стороны. Поняв, что за ним наблюдают, он остановился и было закинул топор на плечо, но в конце концов кинул на землю. Может, заметил, как Сауле испугалась. Сегодня все пытались идти на нее с оружием, и неудивительно, что после случая с Керимом нервное тело решило попросту замереть. Всего на миг, но и этого хватило, чтобы Даня заметил. Он всегда был наблюдательным. Обычно эта способность была полезной, но сейчас стала еще и опасной, как нож, которым можно порезать хлеб к обеду или пырнуть в живот.

— Проголодался? – Сауле постучала по накрытой платком корзине и постаралась изобразить улыбку.

Даня пожал плечами.

— Ну, так.

Выглядел он совсем плохо, напоминая того самого парня, который подбежал к Сауле на пляже, пока она пыталась выбраться из сетей. Скула распухла от огромного темного синяка; на шее, руках и животе тоже чернели ссадины.