Книга Романтика дорог, страница 138 – Елена Крыжановская

— Вы вправе поручиться за своего крестника или выкупить его, — сказал Целист Трем принцессам. — Мой сын только в моей власти, и ему я в заступничестве и помиловании уже отказал.

Дик азартно толкнул Сильвеста локтем:

— Я выиграл.

Отчетливо послышалось, как принц заскрипел зубами.

— Разумеется, мы просим ваше величество… — начала Келлерлиса.

— Не надо, — перебил заступницу Дик. — Воля государя — закон. Не часто увидишь справедливость в действии, а зрелище того стоит.

— Дик! — все крестные объединились в порыве осуждения. Их возмущало и легкомыслие крестника и то, что им придется присутствовать при его изгнании. А больше всего, то, что он лишил их власти в помиловании, желая наказать самих властительниц за их невмешательство в судьбу Лео. Принцессы чувствовали свое бессилие и сердились на Дика. Желали его защитить и не могли.

— Ты нарочно хочешь сделать нам больно, — горестно упрекнула его Меролинда.

— Вас будет кому утешить, — Дик поклонился трону Целиста и последовал за стражей, вместе с Сильвестом и его растерянными приятелями.

Толпа впятеро многочисленнее, чем во дворце, собралась на открытой поляне. Стража вывела участников и свидетелей незаконного поединка на край леса. Пряча глаза, приятели пожелали принцу скорейшего возвращения. Князь Нодир собирался присоединиться к осужденным, но Сильвест отрицательно покачал головой, не принимая жертву.

— Встретишь эту… мою сестру раньше меня, предай ей привет.

— Прошу ваше высочество о той же услуге.

Они обменялись рукопожатием, и стража увела тех, кто оставался под домашним арестом, в сторону, оставив осужденных одних. Целист и Три принцессы вышли из дворца последними. Приветствия властителям леса смешивались с издевательским щебетанием на общелесном, и косыми взглядами на преступников. Обоих в лесу хорошо знали.

По знаку государя, его сын и странствующий рыцарь опустились на одно колено и склонили головы. Придворный распорядитель коротко объявил преступление: незаконный поединок, и приговор: изгнание для принца Сильвеста Остролиста и рыцаря дороги Дика, крестника Трех принцесс.

Толпа разразилась ничем не сдерживаемым ураганом насмешек. Дику к такому не привыкать, тем более, он сам выбрал эту участь, а Сильвест багровел, точно калина после первых заморозков.

Камни в них не летели, только птицы и белки швыряли сухие прошлогодние орехи с деревьев, а невидимые звери угрожающе рычали, подтверждая изгнание. Целист медленно, не слишком охотно поднял руку. Лес вокруг ожил, закачался и заревел. Деревья стонали, как при жестоком урагане, стуча ветвями и звеня кронами. Шум листвы напоминал море. Так волны бьются о каменный берег и, шипя, уползают.

— Прочь с глаз! И чтоб ноги вашей не было в лесной стране, пока не сойдет печать этого приговора! — прорезал общий гром голос Целиста.

Двое молодых людей поднялись и должны скрыться в живом круговороте стволов и веток. Добровольно к такому разъяренному лесу никто бы не сунулся. Всё равно, что лезть в когти бешеного медведя. Отступать некуда. Полоса свободной поляны между толпой и лесом сужалась. Ветки сами втянут их в чащу, если подойти слишком близко. А если подходить не желаешь, в конце концов тебя толкнут туда зрители или загонит град камней.

Не будучи друзьями, осужденные могли разойтись в разные стороны. Но Дик внезапно схватил бывшего противника за руку и нырнул в бушующий лес вместе с ним. Крики за спиной мгновенно затихли, их поглотил треск и свист веток со всех сторон.