Книга Люди и драконы, страница 50 – Елена Крыжановская

Они прошли брюхо пиратского корабля насквозь, благополучно миновав спящих. Остановились у самого дальнего окошка на корме. Ирми, быстрый, как ласточка, выглянул наружу. Увидел вечернее небо, тихое море и спину часового на корме.

— В окнах над нами горит свет, — сказал он. — Там по борту идут веревки. Я могу влезть, Дик, и посмотреть, кто внутри.

— Это опасно! — возразил моряк.

— А что не опасно, Костик? — Дик смотрел на него так снисходительно, что парень смутился. — Лезем все вместе. Ирми, вперед!

Тот ловко, как мартышка, влез сбоку по наклонной корме, цепляясь за ряды канатов, пропущенных сквозь круглые блоки и натянутых до деревянной твердости. Они резали ладони. Проклятая цепь стучала об борт, Дику казалось, что громкий стук привлечет внимание часового, но всё обошлось. Ирми уже перегнулся через ставень и заглядывал в окно каюты.

— Главарь здесь. По-моему, сильно пьяный. Он спиной к нам… Тихо! — раздался треск, словно лопнула бутылка. Ирми пояснил, что матрос с докладом пытался войти в каюту, но атаман прогнал его. Можно идти внутрь.

Дик подал знак своим спутникам держаться в стороне, сгреб цепь обеими руками и шагнул к атаману сзади. Оглушенный главарь пиратов сполз на поручень резного деревянного кресла.

— Кто войдет, прячемся под стол или в гардероб, — сразу назвал Дик пути отступления. — Как думаете, самые важные ключи он держит при себе?

Они быстро проверили карманы Мирава, сняли шнурок с ключом с шеи и связку с пояса.

— Что ты делаешь? — впервые испугался Ирми, видя, как Дик вытащил кинжал атамана. Не слушая, Дик быстро поставил три разных знака на лбу и щеках «художника» и вытер кинжал о его широкий рукав, испещренный множеством бурых полосок. Испробовав все ключи на кандалах Дика, Ирми подобрал нужный. Освободив руки, Дик передал кинжал Косте, а цепь оставил себе как оружие, пока не вернет свой меч.

Они перерыли каюту. К сундуку с золотом подошел маленький ключ на шнурке, но склада с имуществом пленников не нашлось. В правую руку Дик взял короткий меч. Ирми собрал в холщовый мешок несколько ножей и дубинок и должен незаметно отнести их в трюм, вооружить остальных. Коста оглушил часового возле каюты, втащил его внутрь. Связал, и матроса, и атамана, закрыв им рты, чтобы не позвали на помощь, когда очнутся.

— Дальше? — спросил Дик.

— Ты командуешь! — удивленно вернул ему вопрос Коста.

— Не моряк ведь. Знаю только, что не можем ловить пиратов по всему кораблю.

— Надо всех заманить в трюм, на наше место, — предложил Ирми.

— Костик, повяжи косынку, как у него, — Дик показал на лежащего часового. Коста снял красно-фиолетовый платок с шеи и покрыл жесткие кудри, сделав пиратский головной убор. — Первому, кого встретишь, передай приказ атамана спуститься в трюм и проверить замок в моей клетке. В сумерках сразу не разберутся.

Коста легкой походкой слегка хмельного атаманского любимчика открыто спустился на нижнюю палубу. Заметил только что сменившегося с вахты матроса и хлопнул его по плечу:

— Дрыхнуть собрался? Не выйдет! Господин атаман велел навестить нового гостя и проверить замок.

— Почему всегда я⁈ — возмутился пират.

— А кто? Доложить о твоем недовольстве Акулу?

Матрос молча снял с крюка лампу и поплелся вниз. Коста нарочно громко болтал всякую ерунду, чтобы внизу услышали и успели попрятаться. Дик вместе с Ирми бесшумно крались следом, заняв место теней двоих моряков.