Книга Глубокий рейд. Кляксы, страница 135 – Борис Конофальский

«Ну что тут скажешь? Молодцы гвардейцы».

Он бы и сам сейчас выпил бы.

— Слушай, сержант… у тебя же снайпера есть? — начал прапорщик.

— Есть снайперская группа, — отвечает гвардеец. — Снайпер у меня неплохой, и второй его номер — тоже парень толковый. А что ты затеваешь?

— Да, подойду сегодня в ночь, в дождь, к минному полю, хочу посмотреть, что будет; а ты, может, в тылу у меня посидишь, снайпер твой поддержит, постреляет по огонькам. Я посмотрю, можно ли хоть пару мин снять… — тут Аким делает паузу. — И мало ли как пойдёт: если зацепимся с ними всерьёз, ранеными моими займёшься, а то у меня начальство забрало «броню», а ты бы их вниз спускал… Я медика при тебе оставлю…

Сержант тут ничего ему не говорит… Молчит стоит. Оно и понятно. Зачем ему своими людьми рисковать, когда можно спокойно пойти к себе под камень, выпить водочки, лечь спать и спать до тех пор, пока кляксы на дороге очередной транспорт не сожгут и его по рации не вызовет начальство? Но на этот случай у Акима есть хороший аргумент:

— Напишем в рапорте о совместной операции, начальство очень любит содружество родов и всё вот это. Я тебя в рапорте упомяну, ты про меня черкнёшь своим. И ты, опять же, не бездействовал, а искал способы выполнения поставленной задачи, осуществлял взаимодействие… — прапорщик не видит лица гвардейца, но ему кажется, что это предложение его заинтересовало; и чтобы подавить остатки сомнений Павлова, Аким бросает последний козырь:

— Ну и магарыч с меня, естественно.

— Сало? — уточняет Павлов.

— Хочешь — сало, хочешь — паштет, — отвечает Саблин.

— Сало, — отвечает гвардеец. — Но ты мне объясни ещё раз, что от меня будет нужно.

И Аким ему ещё раз объяснил, что он ничем не рискует, просто его снайпер поддержит их огнём, а сам он со своими людьми займётся транспортировкой раненых, если такие будут. И сержант согласился. Радист сказал ему канал, договорились о позывных, и сержант хотел было уже уйти собираться, но Саблин окликнул его:

— Гвардия, а что у нас с дождём? Он вообще будет сегодня?

— Так уже неба не видно, — отвечал сержант. — Ветер западный, из океана, слышишь, прибой какой — конечно будет, тут дождь всегда бывает, просто сегодня задерживается что-то.

Он говорил уверенно, и Аким не стал сомневаться в его словах.

Пока они с радистом шли назад, мимо них прошла колонна их сотни, уходили БТРы и машины штаба по дороге, что шла вдоль берега бухты.

«Дождь так и не идёт… Лишь бы не накрыли казаков со скал».

* * *

Но отсутствие Коротковича как-то воодушевляло его, что ли. Казалось, что теперь-то за ним никто не следит. Только вот… Аким всё ещё не знал, что делать. Сходить на холм, к минному полю? Или… прийти и завалиться спать! Не знал… А как пришёл, так и узнал. Он ещё ничего и спросить не успел, а Саня, забирая у него щит, и сообщает довольно:

— Ну что, нашёл я тебе корректировщика, — и тем самым тоном, которым он говорит слова, после которых ждёт похвалы.

— Нашёл? — Саблину уже интересно. — В четвёртом взводе, что ли?

А Каштенков ещё добавляет интриги:

— Человек артиллерийское заканчивал. Знает это дело досконально, первые пять призывов в дивизионной артиллерии. Разведчик-корректировщик, — ещё и посмеивается зам.

— Ну, кто…? Говори ты уже! — Акиму сейчас не до игры в угадайку.