Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 70 – Матвей Дубравин

— Этот труд, – ответил Илдани, – создал Аларм Новийский. Я раньше о таком не слышал. А сам труд называется…

— «Смутные видения», – перебил его Тальми. Сказал он это тихо, но Илдани расслышал. – Ты вырвал имя этого автора из самых глубин моей памяти, где оно почти исчезло. Спасибо за это, но не вовремя же ты наткнулся на этот трактат! Тебе сейчас что-то конкретнее нужно читать. Например, Алта Делфтского.

— Я хорошо знаком с его работами, – сказал Илдани. – Полагаю, мне бы следовало прочитать других авторов, которых я знаю хуже. Но хуже или лучше – это один вопрос, а об этом авторе я не слышал вообще никогда.

— Ты читал только уроки, комментарии, справочники и те места, которые они рекомендовали. Поэтому ты и не читал Аларма.

— А тут начал читать всё целиком. И добрался до него. Тем более он почти в начале второго тома.

— Лучше бы ты ничего не писал, Аларм, – очень тихо произнёс Тальми. Никто, даже стоявший рядом Илдани, его не услышал. – Запомни, – сказал Тальми уже громче, – я не могу и не хочу запрещать тебе читать Дополнения, ведь они – самое лучшее, что было написано за все века, не считая самой «Книги Явлений». И я рад, что ты всей душой любишь эти книги, но при этом я хочу посоветовать тебе не читать этого автора. Только лишь пока. Придёт время – прочтёшь. Но сейчас тебе нужно укрепиться в вере в правильность Закона и Явлений. Ты сегодня высказал мысли, противоречащие этим взглядам. Это нормально: каждый сбивается с верной дорожки. Главное – вернуться на неё, и как можно скорее. А чтение Аларма не способствует этому. Он может слегка выбить из колеи даже крепко убеждённого человека.

— Пожалуйста, – взмолился Илдани, – расскажи мне, учитель, кто он такой. Почему я никогда не слышал о нём. И почему этот труд, если он не приносит пользы разуму и если он такой неправильный, имеет первую категорию?

— Не вольнодумничай! – погрозил ему пальцем Тальми. – Согласно Второму Полному Собранию Всех Мудрецов, всё, что имеет первую категорию, приносит разуму пользу и является совершенной истиной. Не спорь с этим утверждением.

— Я и не спорю, – мягко возразил Илдани.

— Споришь! Ты сам сказал: «не приносит пользы разуму и… неправильный»! Нельзя так говорить про первую категорию! Закон может наказать тебя. Не одобрит, по крайней мере.

— Простите, учитель, – покраснел Илдани. – Мне показалось, что вы сами сказали, что мне не стоит читать этот труд.

— Тебе не показалось, – невозмутимо ответил Тальми. Он перестал разбирать вещи и присел за стол к Илдани. Затем он посмотрел ученику в глаза и начал говорить, стараясь донести каждое слово: – Я тебе этот труд действительно не советовал, но не потому, что он плохой. А потому, что ты его не поймёшь.

— Я верю вам, как и всегда верил, – уважительно сказал Илдани, – именно поэтому я и спрашиваю об этом загадочном творении вас: вы-то точно знаете, как правильно его понимать. И благодаря вам я не впаду в заблуждение.

— Приятно слышать такие мудрые слова. Только мудры они в теории. На практике я не смогу тебе ничем помочь. Этот текст загадочен для меня точно так же, как и для тебя. Скажу сразу: тема эта непростая, и не тебе её развивать. Ты ведь сознаешь, что я куда мудрее тебя?

— Разумеется, учитель, – искренне ответил Илдани.