Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 105 – Матвей Дубравин

Только вот люди подбежали к его избе и начали звать. Староста не хотел, чтобы люди знали, что он ждёт лекаря. Но и незаметно пройти в избу он не мог. Тогда он крикнул:

— Я здесь!

Люди с удивлением на лицах побежали к нему.

— Что ты здесь делаешь? – удивлённо спрашивали его.

— Я… – Староста запнулся. – Я хочу договориться с лекарем по поводу того, какие лекарства привезти из города. Он жалуется, что ему не хватает трав.

Удовлетворившись таким ответом, люди одобрительно закивали. Один человек вышел вперёд и сказал:

— На площади следы крови. Мы поспрашивали друг друга и поняли, что без следа исчезли двое селян. Один из них прибыл совсем недавно. С ними мало кто общался, но они оба пропали.

Староста задумался. «С этой проблемой я разберусь на раз, – решил он. – Точнее, не разберусь, а отложу».

— Преступников я не потерплю, – сказал он. Сердце билось часто, на лбу проступил пот. – Я недаром ввёл должность жандармов. Обратитесь к ним. Они проведут расследование, раздобудут факты, улики, опросят свидетелей. А потом мы с вами всё решим.

— А где они сейчас? Приведи их, – настоятельно потребовал активист.

Староста побледнел: он не мог позволить себе отойти от двери в хижину лекаря.

— Пойдёмте! – тем не менее твёрдо сказал Эстул, не вправе отказаться. Но что ему теперь делать? Он понятия не имел.

— Может, протрубить в медный рог? – предложил кто-то.

Люди ахнули: ещё никто никогда не трубил в рог. Он был безмолвным на протяжении нескольких веков.

— Да ты что, – сказал Эстул. – Какой ещё рог?! Это не тот случай. Мы сейчас всё решим. – Он помолчал. – Давайте-ка мы сделаем вот что: вы продолжайте заниматься своими делами, а я объясню жандармам суть дела – и они сами начнут работать. Нужны будут свидетели – они найдут тех, кто будет им нужен. Не беспокойтесь. К тому же: когда эти двое пропали?

— Утром их никто не видел.

— Они могли просто уйти в лес. А кровь могла быть вовсе не их. Это вообще могла быть не кровь. Мы же не городские химики, чтобы понять, что это там разлито.

— Я был химиком, – выкрикнул кто-то. – Но у меня нет нужных веществ.

— Мы можем заказать их у торговцев, – предложил кто-то другой.

— Пока что не стоит, – отрезал староста. – Я обо всём позабочусь.

Впервые Эстул ни о ком не заботился, кроме себя самого. Его, однако, безумно обрадовало то, что, проходя парой часов позже мимо реки, он увидел нормальную воду, текущую в ней. Вода вновь была чиста и прозрачна. Это заметили и другие жители.

— Я же говорил, – махнул рукой староста. – Всё нормально. Я это предвидел.

— Да тебе хоть памятник ставь! – шутливо заметил кто-то.

У Эстула сжалось сердце. Так с ним ещё никто никогда не шутил. Значит, что-то происходит. Он либо вознесётся, либо низвергнется. Только вот зависит это теперь не от него, а от той таинственной силы, которая руководит природой. Он сам взвалил на себя неподъёмный груз, закутавшись в ложь, как в мантию.

— А вода ещё будет превращаться в слизь? – спросили несколько человек Эстула.

— Я сейчас проверяю возможные варианты и прикидываю вероятность, – ответил Эстул. «Ох, Закон ты мой!» – мысленно воскликнул он.

Селяне расходились кто куда.

Ахель не узнавал своего подвала. Это и не был его подвал. Это было нечто, разместившееся глубоко под ним. Он сам не мог бы при всём желании сделать ничего подобного. Ахель и так слил с себя семь потов, пока не выкопал свой погреб, который представлял собой яму с полками для разных вещей. Ахель с трудом мог там развернуться. А теперь он больше десяти минут шёл по широкому тоннелю. Адекватный человек не пошёл бы по такому тоннелю, но самочувствие Ахеля было крайне далеко от нормального. Именно в таком расположении духа и совершаются самые безрассудные поступки. А вот кончатся они хорошо или плохо – зависит больше от случая, чем от самого человека.