Книга Туманные острова, страница 183 – Матвей Дубравин

Рядом с ними пристроилась невидимая никому фигура. Это снова был темный фантом. Он уже определился с внешностью и принял облик существа в строгом черном костюме, с тростью с круглым медным наконечником и с высокой шляпой-цилиндром. Его руки были в блестящих эластичных черных перчатках, а вместо лица все так же была идеально гладкая овальная поверхность белого фарфора. На ней были словно углем нарисованы большие круглые глаза и раскрытый словно в удивлении рот. Сесть он не мог и завис в воздухе в сидящем положении.

— Интересное место, – сказал он, зная, что его никто не слышит, но что все из присутствующих ощущают в глубине души необъяснимое напряжение. Квес почти не чувствовал его: силы фантома до него почти не доходили. Юноша был ярким последователем Идеи и никогда не был связан с темными силами. Лия же ощущала разорванную полтора года назад связь. Что же касается Юлаи и Алара, то они не были защищены ритуалом принятия Идеи, и потому тоже чувствовали что-то неладное, но списывали это на волнение из-за ответственной ситуации. – Очень интересное место, сказал бы я, будь оно не так банально! Колонны, мрамор, сады – какая пошлятина! Какая банальщина! Знаете ли, сколько всего этого я перевидал. Мое тело облокачивалось на столько мраморных колонн, что вы и не сосчитаете! А теперь… Сейчас вы будете кушать разные вкусности, мерзкие отродья, а я не смогу присоединиться к вам. Даже понюхать – и то не смогу! Ну ничего! И у меня припасен ароматный напиток на этот случай!

Он вытянул руку, если это можно было назвать рукой: едва ли под тканью одежды хоть что-то было, а если и было, то навряд ли оно имело хоть что-то общее с человеческой рукой. Лучше было даже не думать об этом! Существо вытянуло руку перед собой; нарисованный на овале головы рот резко изменил контуры и стал улыбкой, а на руке появился красный шар, состоящий из бурлящей жидкости.

— Это энергия крови, – в свойственной для себя пояснительной манере объяснил фантом, зная, что его никто не услышит. – Моя единственная еда. Сказать по правде, она не так уж плоха. В духе крови, говорят, сокрыта искра Идеи, и я с радостью поглощаю ее, чтобы она померкла в моем нутре! Это романтика, мои друзья! Это неистовство жизни!

Фантом просто взял и засунул эту сферу внутрь себя: даже не в лицо, а куда-то в район груди. Сфера прошла сквозь его одежду и скрылась внутри.

— И, заметьте, тут нет никаких пятен! – голосом величайшего эстета заметило существо. – Идеальная чистота. Не то что у вас, людишек! А здесь – только вкус и больше ничего! Рглия, ах, Рглия! Я бы так хотел напоить тебя этой сферой жертвенной крови! Я бы налил ее в драгоценный кубок и наполнил бы его до самых краев! О да! Ты бы маленькими глоточками выпила его, и твои щеки бы налились нежной краской. И тогда я бы впился в их мякоть. Ах, Рглия! Как жаль, что мерзкая Идея построила между нами барьер, но я знаю, что ты еще приблизишься ко мне так близко, как это вообще возможно. Мы сольемся в едином танце, который будет длиться столько, сколько я захочу. Не знаю сколько: быть может, я насыщусь тобой за пару секунд, а может, мы будем пульсировать веками, как две черные звезды! Потом я все равно выброшу тебя на свалку истории, но пока ты еще не там, Рглия, ты дашь мне блаженство, которое нельзя будет измерить! Ох ты, дьявол, как говорят у моих заклятых коллег! Да я совсем уже опьянел!