Книга Шантаж и другие соблазны, страница 57 – Кири Т.

— Потому что ты — первый настоящий человек за много лет. Без масок, без извинений за своё существование. Ты меня пугаешь, Уиллоу. И в то же время завораживаешь до дрожи. И каждая частица моего существа говорит, что ты того стоишь.

У меня перехватывает дыхание. Никто, абсолютно никто никогда не говорил мне ничего подобного.

Прежде чем я успеваю отговорить себя, я подаюсь вперёд, встаю на колени и перебираюсь через подушки. Всё это время я не отрываю от него взгляда, чувствуя, как воздух с каждой секундой становится гуще, наэлектризованнее. Я закидываю ногу и сажусь верхом ему на колени. Устраиваясь у него на коленях, я стараюсь не думать о том, что кажется, будто я идеально сюда вписываюсь. У него перехватывает дыхание. Моё сердце колотится так сильно, что кажется, он должен чувствовать его биение всем телом.

Его зелёные глаза прикованы к моим, он ждёт. Покорно ждёт.

Паника подступает, грозя накрыть с головой. В сознании эхом отдаются голоса прошлого. Я отчаянно цепляюсь за настоящее, не позволяя себе провалиться обратно — в тот офис, в тот чулан, в его машину. Стыд и смущение впиваются когтями в затылок, шепчут: «Остановись».

Глядя на этого человека, который поделился со мной столькими своими неоднозначными тайнами, я наконец освобождаюсь.

К чёрту прошлое.

Я прижимаюсь губами к его губам.

Я уже и забыла, каково это — касаться кого-то. Насколько горячими могут быть чужие губы. Какой податливой бывает кожа.

Но всё моё тело вспыхивает, когда он отвечает на поцелуй.

Он нежный. На мгновение, неуверенный. А потом я целую его снова. Мои руки ложатся по обе стороны от его шеи, и я цепляюсь за самого красивого мужчину на этой чёртовой планете.

Неуверенность Кейда начинает рассеиваться. Сначала это похоже на осторожное прикосновение к лезвию. Но наконец его руки поднимаются. Они ложатся на мои бедра. Его пальцы медленно сжимаются, мои губы приоткрываются, и я чувствую его вкус. Его язык танцует с моим, и его хватка становится крепче.

Дыхание перехватывает, когда во мне что-то вспыхивает. Желание. Я так давно не испытывала желания.

Но нет, это даже больше.

Это, чёрт возьми, потребность.

Стон срывается с моих губ, когда я слегка подаюсь бёдрами навстречу ему и целую его ещё сильнее. Его руки держат меня так, будто я — нечто драгоценное, а не колючее и опасное. И вместо ощущения манипуляции или принуждения они дарят чувство… преданности. Ощущение, будто я наконец нашла безопасное пристанище.

И от этого меня распаляет ещё сильнее. Мои губы снова приоткрываются, его язык касается моего, и весь мир сужается до крошечного уголка вселенной — того самого, где его руки обнимают меня так, словно он уже наизусть выучил каждый изгиб моего тела.

От этого кружится голова. Это пугает. И вызывает зависимость.

На один прекрасный, безрассудный миг я забываю о крови на своих руках, о секретах между нами, о тяжести всего того, о чём мы не говорим. Есть только это: я, он и огонь, вокруг которого мы кружим с той самой секунды, как наши взгляды встретились через то окно.

Но когда я прижимаюсь к нему теснее — я это чувствую. Холод, поднимающийся к горлу. Пустота в животе. Я ощущаю грань. Опасность зайти слишком далеко. Мой стыд выползает из прошлого, нашептывая, что будет, если я потеряю контроль, если позволю всему пойти своим чередом. Моё тело напрягается.