Книга Шантаж и другие соблазны, страница 163 – Кири Т.

Я чувствую, как она расслабляется. Как Уиллоу тяжело дышит. Как ее мышцы ослабевают. Как ее лоно сжимается вокруг моего члена. В зеркале наблюдаю, как она облизывает губы и улыбается.

Целую ее в плечо и выхожу из нее. Обнимаю, разворачиваю к себе и прижимаюсь к ней грудью.

— Ты божественна, Кошечка, — шепчу я, касаясь её губ. Чувствую на них вкус воды, наслаждаюсь каждой капелькой. — Каждое утро. Каждую ночь. Каждый твой тёмный заговор, каждая безумная идея, каждый труп… Я хочу тебя всю, Уиллоу.

— Тебе лучше начать подыскивать что-нибудь на мой безымянный палец, Сейнт Шейд, — шепчет она, и её глаза темнеют. — Потому что тебе от меня не избавиться.

Я моргаю, глядя на нее. Мне хочется спросить, серьезно ли она. Но это написано на каждом сантиметре ее лица. Может, это последствия травмы. Может, это обострившиеся эмоции после того, как она чуть не умерла.

Но мне все равно.

Потому что от этого наше «навсегда» не становится менее вечным.

— Ладно, — просто говорю я, целую ее в лоб и шлепаю по заднице.

~

Прошла неделя с тех пор, как я видел смерть Феникса, — и, как ни странно, сейчас я чувствую себя ещё более измотанным, чем в ту ночь.

Оказывается, пережить травму — вовсе не значит отдохнуть, особенно когда вся твоя многочисленная родня решает временно перебраться в твой город, словно они отправились в отпуск.

Моя мать, отец, Мормор, оба дяди, тётя Виви — абсолютно все — поселились в самом дорогом номере отеля при казино, где находится мой театр. Он размером с мой пентхаус. В нём пять спален. К нему ведёт отдельный лифт. Там есть огромный джакузи — выглядит так, будто его снимали в клипе какого-нибудь рэпера. Ещё там отражаются все безумные неоновые огни города.

И, разумеется, всю эту недельную эпопею оплачиваю я. Мой театр, то же самое казино — в сознании моей семьи это всё «бесплатно», верно?

Нет, чёрт возьми, вовсе не бесплатно.

Но мы налаживаем связь. Так что я ничего не говорю. Просто оплачиваю безумный счёт и молюсь, чтобы за время пребывания они ничего не сломали.

Они побывали на моём шоу. Дважды. И на этот раз не испортили представление. Каждый из них получил расклад Таро от Уиллоу — и все предсказания оказались пугающе точными. Мы вместе гуляли по Стрипу, как обычные туристы.

И смотрели выпуск новостей. Феникс Марроу — интернет-личность и гуру здорового образа жизни — числится пропавшим без вести. Предположения множатся во всех направлениях: то ли он отправился на сверхсекретный ретрит в пустыне, то ли перебрал кислоты и отключился где-то, то ли вознёсся. Другие подозревают, что могло произойти нечто зловещее.

Они правы.

Это было на все сто процентов заслуженно. Но они правы.

Тем не менее власти разыскивают его, а общественность просят сообщать в полицию любую информацию.

Никакой информации не поступит. Потому что все, кто знает правду, — безумные маньяки, чьи губы навеки запечатаны.

Сейчас мы все собрались вокруг обеденного стола в моём пентхаусе — я, Уиллоу и весь цирк Торвиков — доедаем ужин. На столе горят свечи, десятки пустых тарелок, пустые бутылки из-под вина. Мормор так активно жестикулирует во время разговора, что чуть не опрокидывает бокал Уиллоу после каждой фразы.

Мой отец смотрит на Уиллоу так, словно она дар небес, вытащивший его глупого сына из изгнания.