Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 112 – Алекс Скай

Здесь деревья росли реже, но были старше. Их стволы чернели в снегу, изогнутые, узловатые, словно они пережили не одну человеческую клятву и не спешили доверять новым. Ветер здесь почти стих. Звуки замка стали глуше. Тревожная труба превратилась в далёкое эхо, а голоса стражи — в неясный шум, будто их отделяла не сотня шагов, а целая зима.

Белый волк остановился у края небольшой ложбины.

Алиса тоже остановилась.

Внизу стояло дерево.

Родовое.

Она поняла это сразу, хотя никто не сказал.

Оно было огромным. Не высоким — часть ветвей обломалась, часть вросла в землю, часть тянулась в стороны, будто дерево когда-то пыталось обнять весь склон и остановилось только потому, что Север оказался слишком широким. Ствол чернел, но не казался мёртвым. Под корой двигался слабый бело-синий свет. Корни выходили из снега дугами, уходили обратно в землю, переплетались, образуя вокруг дерева круг.

Не цепи.

Корни.

Настоящие.

Живые.

Мира медленно выдохнула:

— Оно как на мамином рисунке.

Эйран достал свою карту. На краю листа чёрная отметка теперь светилась тонкой линией. Он перевернул лист, и Алиса увидела, что на обороте проступили новые очертания: дерево, под ним Сердце, вокруг — маленькие фигуры.

Четыре.

Нет.

Шесть.

Дети, Рэйнар, Алиса, белый волк и ещё одна тонкая фигура в длинном платье, нарисованная так бледно, что могла быть только памятью.

— Она была здесь, — сказал Эйран.

— Элиана? — спросила Алиса.

Мира кивнула.

— Мама прятала сказки там, где корни слушают.

— Какие сказки?

— Про то, что дерево выбирает не самого главного, а того, кто не ломает ветки, чтобы доказать, что дерево его.

Алиса сжала край плаща.

Внизу, у корней, снег начал светиться.

Белый волк спустился первым и лёг у входа в круг. Не преграждая путь — обозначая границу. Остальные волки появлялись один за другим из тьмы, бесшумно, словно всё это время шли рядом, просто не позволяли себя видеть. Они становились вокруг ложбины полукругом, оставляя открытой только дорогу к замку.

— Нам туда? — спросила Мира.

Эйран посмотрел на Алису.

Теперь уже он спрашивал без слов.

Алиса заставила себя не ответить сразу. Не потому, что хотела выглядеть мудрее. Потому что каждое быстрое решение за последние часы приносило новые последствия, и дети заслуживали хотя бы одной паузы перед тем, как взрослый снова поведёт их в неизвестность.

Она присела перед ними.

— Я не знаю, что там будет.

— Знаем, — сказал Эйран. — Дерево.

— Дерево, которое связано с Сердцем Севера и родовой печатью. Это не просто дерево.

Мира погладила стеклянную птицу.

— Оно не страшное.

— Может быть.

— Вы боитесь?

— Да.

— И всё равно пойдёте?

Алиса посмотрела на круг корней, на белого волка с рваным ухом, на замок вдали, где уже, наверное, Рэйнар рвёт на части весь порядок леди Берты, потому что дети исчезли.

— Пойду, — сказала она. — Но не потому, что всё понимаю. Потому что если Сердце ждёт правды, оно, похоже, привело нас сюда не для того, чтобы мы снова спрятались.

Эйран кивнул.

— Тогда сначала вы.

Мира тут же сказала:

— Нет, все вместе.

— Вместе сложно.

— Алиса сказала, вместе теплее.

Мальчик вздохнул, но не возразил.

Они спустились в ложбину, держась втроём за руки.

Снег внутри круга оказался не холодным. Он был плотным, мягким, с лёгким светом под поверхностью. Алиса ступала осторожно, но корни не ловили ноги и не отталкивали. Наоборот, казалось, они чуть поднимаются навстречу, создавая путь.